Сокровища Валькирии: Стоящий у Солнца

Мамонт женился не очень удачно и теперь к женщинам относится щепетильно и избирательно. Поэтому никаких телок! Умных телок не бывает, а он любит женщин умных, независимо от окраски. И все-таки больше ему нравятся блондинки, я бы сказал. Если нарисовать портрет дамы, на которую бы он хвост распустил, то это должна быть молодая, светлая, очень женственная, с хорошими формами – тощих и прогонистых терпеть не может! Умная, но не показывающая своего ума, податливая – долго ухаживать не любит, – в сексе инициативная, страстная и неугомонная.

Отдаться должна в первую ночь, иначе утром охладеет. Даже в походных условиях ему нравится, когда женщина ухаживает за собой, – легкий обязательный макияж, ухоженные ногти, руки, не выносит запаха пота. Есть одна примечательная штука. Однажды сам случайно заметил… Любит целовать ступни ног, аж кусает! И если добрался до ног, значит, его долго не оторвать от этой женщины.

– Любопытная деталь! – засмеялся Савельев. – Ну, Мамонт! Как лучше их познакомить?

– Как лучше? – задумался Иван Сергеевич.

 – Однажды он мне сказал: «Мечтаю когда-нибудь ночью проснуться, а рядом – прекрасная женщина, совсем незнакомая, никогда не виданная. И чтобы все начать с чистого листа…» Блажь такая у него. Я даже один раз хотел его разыграть, да не вышло.

– Понимаешь, Сергеич, надо попасть сразу в десятку, – обеспокоенно сказал Савельев. – Любой промах, и раскусит.

– Раскусит! Потому нужно соблюсти все детали, о которых говорю. Причем очень точно!

– Какое имя ему больше всего нравится?

– С именем не мудрите, – предупредил Иван Сергеевич.

 – Пусть будет какое угодно. Иначе можно и переиграть. К тебе вот явится, так сказать, женщина твоей голубой мечты. Тебе не покажется это странным?

– А почему, ты думаешь, Мамонту не покажется? Он ведь знает, поди, что вы его за хвост держите? Не знает, так догадывается. Поэтому при всех деталях должно быть какое-то легкое несоответствие идеалу. Которое потом забудется и, возможно, станет достоинством.

– Ты прав! – согласился Савельев.

 – Я рад, что ты пришел ко мне. Мы с тобой поработаем! Через недельку придет согласование, и вперед!

Иван Сергеевич уехал с первым заработком в кармане и стал ждать своего срока. Женщина, которую он нарисовал для Мамонта, была идеалом для него, Ивана Сергеевича. Он рассказывал, на что бы клюнул сам; с идеалами же Мамонта у них были большие расхождения. Однако при всем этом кое-какие вкусовые детали Русинова пришлось выдать: в полную неправду никто не поверит.