Сокровище

И я пытаюсь сменить тему.

Все наши телефоны гудят – должно быть, это сообщение от Лореляй. У нас округляются глаза, и мы все достаем свои телефоны. Все, кроме Хадсона, который и так уже держал телефон в руке. Поэтому он читает сообщение первым.

– Черт возьми, – бормочет он, и у меня все обрывается внутри.

Моя рука дрожит, когда я разблокирую свой телефон и сама читаю сообщение.

Всего одно слово, и у меня разбивается сердце. На тысячу кусков.

– Нам необходимо получить ответы прямо сейчас.

– Да, – соглашается Мэйси.

Хадсон смотрит на Мэйси.

– А ты в этом уверена?

– Лично я могу это сделать, – с убийственным спокойствием говорит Джексон и, с пронзительным скрипом отодвинув стул, встает из-за стола.

– Об этом я и подумала, – отзываюсь я. – Она сказала, что второй этаж этого дома закрыт для посещений, не так ли?

– Да, по ее словам, это ее личное пространство. – Мэйси тоже встает из-за стола и смотрит на широкую винтовую лестницу всего в нескольких ярдах от веранды, на которой мы сидим.

– Да, следует, – твердо отвечаю я. – Мы должны это сделать.

– Непременно, – соглашается Флинт и неловким движением тоже встает из-за стола вместе с Иден и Хезер. – Да и что такого ужасного может случиться?

– Мне немного страшно узнавать, – отвечает Хезер, но к лестнице она идет первой, и идет решительно.

– Нам всем страшно, – говорит Мэйси, догнав ее за два шага. – Но какова альтернатива? Остаться здесь, ожидая, когда она вспомнит о нашем существовании? Ждать, пока Мекай умрет? Мы не станем этого делать.

– Нет, не станем. Но мы не пойдем к ней все вместе. – Я смотрю на Мэйси и Хезер, которые остановились на краю лестницы. – Давайте сходим к ней втроем. А подкрепление позовем, только если это будет необходимо.

– Ты уверена, что не хочешь, чтобы с тобой к ней пошел я? – спрашивает Хадсон.

– Хочу ли я, чтобы ты сопровождал меня? Да, конечно. Но думаю, если мы явимся в ее покои без предупреждения, то лучше не приходить целой толпой, тебе так не кажется?

Когда смысл моих слов доходит до него и до них всех, на его лице – и на лицах остальных – отражается полнейший ужас при мысли, что мы застанем Куратора в нижнем белье.

У Джексона, наоборот, такой вид, будто ему плевать, даже если он застанет ее голой – пусть только она даст нам ответы, – но я быстро качаю головой. Он смотрит мне в глаза и говорит:

Его новообретенная сдержанность впечатляет меня.