Сокровище

И… – Он делает паузу и вздыхает, затем кладет в рот лапшу и жует. Проглотив ее, он смотрит на Алистера, который тоже ест его десерт, и продолжает: – Королева Теней отправилась на поиски этой женщины, душа которой, по слухам, тоже была сопряжена с душой ее сестры-близнеца, чтобы попросить ее о помощи.

У меня по затылку бегут мурашки, потому что теперь я поняла, почему Джикан тянул время, пытаясь дождаться Кровопускательницу, прежде чем закончить свой рассказ.

– И эта женщина в самом деле могла ей помочь? – На лице Хезер читается скепсис.

Джикан качает головой.

– Разумеется, нет, но Королева Теней поверила ей, когда она сказала, что может это сделать. Она пообещала сказать Королеве Теней, что ей известно о разрывании уз между душами, в обмен на флакон теневого яда.

– Кем надо быть, чтобы просить этот яд, зная, что он творит? – спрашивает Иден, и на ее лице отражается еще большее отвращение.

– Да, кем, по-твоему, она была? – говорит Хадсон и наконец смотрит мне в глаза.

К горлу подступает тошнота, когда до меня доходит, кто это был – и для чего ей был нужен теневой яд. Я хрипло выдавливаю из себя:

– Это была Карга, да? Ей нужен был теневой яд, чтобы использовать его против Армии Горгулий.

Джикан поднимает свой бокал в шутливом приветствии, и у меня сводит живот и кружится голова. На лбу выступает пот, и я, часто дыша, проглатываю подступившую к горлу желчь.

Я опять перевожу взгляд на Хадсона, который продолжает смотреть мне в глаза, совершенно забыв про свой телефон.

– Все будет хорошо, я тебе обещаю.

Я мотаю головой. Как хоть что-то может быть хорошо? Королева Теней дала Карге яд, который едва не убил всех горгулий и из-за которого вся Армия Горгулий была заморожена в этом замке тысячу лет. Из-за этого мои бабушка и дедушка были вынуждены отдать свою единственную дочь чужим людям, из-за этого началось правление Сайруса и в конечном итоге погибло так много наших друзей и родных.

И теперь, чтобы спасти Мекая, мне придется просить об освобождении этой дряни из тюрьмы, чего она совершенно не заслуживает.

Позднее время для лапши

– Офигеть, – выдыхает Джексон, глядя на Хадсона, Джикана и меня. – Значит, вот чем были отравлены все горгульи?

– Да, – подтверждает Джикан.