Соль этого лета

Поднимает еë над головой вместе с телефоном. Второй рукой подхватывает меня за талию. Тянет вглубь.

— Нам надо выйти!

— Тихо, — вжимает в стену, в тень.

Шаги…

Здесь глубоко, и я рефлекторно хватаюсь за его шею.

Голоса прямо над нашими головами. Охранник и Нина Михайловна.

— Завтра же буду звонить, жаловаться! Опять Бессо Давидовича команда. Хулиганьë! То на озеро бегают, то по кустам с их же персоналом зажимаются…

Дергаюсь, вспоминая, как она застала нас с этой рубашкой.

— Вы можете себе такое представить — чтобы с персоналом? Вот и я не могу… Понабрали не пойми кого…

Марат успокаивающе прижимается губами к моей брови.

— Что это там? Угли?! — вскрикивает Нина Михайловна.

Не успели потушить?!

Пока она буянит там у потухшего костра. Марат тихо подтягивается вверх. Мои руки скользят по его рельефному торсу. Кладёт на борт телефон и тунику. И также беззвучно погружается в воду обратно.

Тянет меня в темноту ещё глубже. Под неработающий стальной навес фонтана. Да, здесь нас никто не увидит.

Тёплые губы неожиданно ловят мои.

Сходила на минуточку… И слова Нины Михайловны очень цепляют за живое! Но Марат так трепетно нежен и горяч, что его эмоции сметают мои. Это просто поцелуй… Он уже ничего не изменит. И я сдаюсь его губам, обещая себе, что этот точно последний!

От того хочется снова рыдать. Отчаянно впиваюсь в него в ответ, пытаясь запомнить это ощущение расплавленного мёда, текущего по венам, вкус этого страстного мальчика, как ощущаются его откровенные стоны — кожей, языком, губами, горлом…

Нахальные пальцы ныряют под перешеек моих трусиков.

— Тихо… Нас услышат… — улыбаются его губы, скользя на шею.

Пальцы врезаются в меня, проникая внутрь, втыкаются в самую чувствительную точку, вызывая дрожь и искры в глазах.

Наглец!

Кусаю его в ответ за шею. Тихо шипит, продолжая двигать пальцами. Выгибаюсь, сжимая его бёдрами.

А там, где-то недалеко, всё ещё звучит недовольный голос директора смены.

Ростовская… Стыд и позор!

Но мне сейчас плевать. Настойчивые пальцы Тарханова, отправляют меня в какое-то другое пространство, где ничего этого не существует. Только он, я и невыносимое ощущение приближения к оргазму. Я задыхаюсь, втыкаясь в его плечи коготками.

— Мм… Ааа…

— Тихо… Ччч… — затыкает он мой бестыжий рот поцелуем.

Взрываюсь, нечаянно царапая ему спину.