Соль этого лета

— Есть… — опускаю взгляд.

— А чего ты меня как под дулом пистолета целуешь?! Я нужен??

— Нужен, — зло цежу я.

Ну почему такой упрямый, сложный?!

— Такой интонацией «нужен» не говорят. Такой интонацией на хуй посылают.

— Так! — поднимаюсь я.

Обнимая за шею, шлепаю ему по губам.

— Не груби.

И целую опять. Смелее, глубже. Впивается в ответ. Губами кусая шею, шепчет в ухо:

— Я не смогу… Не проси меня.

— Ну, пожалуйста… Котёнок мой… Я сама справлюсь. Не вмешивайся. Очень прошу!

Отворачивается к окну, ставит руки на подоконник.

Прижимаюсь щекой к его спине, обнимая за талию.

Стоим так…

Целую в спину.

— Всë, иди.

Не взглянув на меня, выходит за дверь.

Мы договорились или нет, черт возьми??

Блинчики не взял, вздыхаю я. Забираю их с собой.

Иду к корпусу. Марат на лавочке у входа. На мгновение встречаемся взглядами. Его лицо вздрагивает в недовольной гримасе. Прохожу быстро мимо. Уже в секции перед комнатой догоняет.

Моё сердце ускоряется. Дверь в комнату Бессо приоткрыта.

— Алёна Максимовна, — тихо. — Замок…

— Черт! — шепчу я. — Забыла!

Приоткрываю дверь в комнату. Там — тихий ужас: всë в букетах!

Глаза Марата округляются от возмущения. Переводит на меня взбешённый взгляд.

— Это я должен потерпеть?! — шипит мне в лицо.

Зажимаю ему ладонью рот. Увернувшись, в ярости выбивает двоечку в дверь.

Грохот! Я сжимаюсь, закрывая глаза.

Вылетает из секции…

Глава 28. Дурак

Медленно захожу в комнату. Пакет падает из рук на пол.

Ну, зачем?!

Растерянно оглядываю букеты.

Губы дрожат от обиды.

— Алëнушка… — сзади.

Вздрогнув, отлетаю от двери. Разворачиваюсь к нему лицом.

— Никогда-никогда-никогда не заходи в мою комнату!

— Не буду… — стоит в дверях.

— Для чего это всë?? — веду руками.

— Это мои извинения за то, что нахамил.

— Я их не принимаю, унеси, будь добр.

— Девочка моя, ты же и двух слов сказать не дала тогда. Дай хоть сейчас.

В груди бьются эмоции. Истерика подкатывает к горлу.

Ты это всë давно пережила, Ростовская, и уже не «девочка», чтобы так реагировать! — ругаю себя.

Делаю глубокий вдох.

— Я не хочу ничего слушать, Рустам. Просто делай своë дело, а я буду делать своё, пока не вернётся Бессо.

— Это. Был. Аффект. Мне. Очень. Жаль.

— Окей. Всë?

— Если бы я мог исправить…

— Ты не можешь исправить. Но ты можешь оставить меня в покое. Чтобы я не нервничала.

— Хорошо, — ложится плечом на косяк.

Медленно оглядывает.