— Ну что? — выходит она рассерженно за дверь, прикрывая за собой.
Смотрю ей в глаза.
— Ты мне глазки не строй свои грустные! — зло. — Я тебе не Аленка. Вот иди теперь туда, куда бегал! Там глазки строй.
— Что?!
— Чего хотел, спрашиваю?
— В первом корпусе ЧП, просили тебя или Алену Максимовну, — играя желваками нагло вру я.
— А что случилось?!
— Не знаю!
Как только Люба убегает, захожу внутрь. Оглядываю кабинет. Алёна за ширмой.
С ногами сидит на кушетке, прижав к лицу мокрое полотенце. Плечи вздрагивают.
— Ну и чего ты рыдаешь? — цежу я.
— Выйди, — задерживая дыхание.
Отбираю полотенце. Ловлю в ладони её лицо, задирая выше.
— Я спросил почему?
Меня выбивает из и так сомнительного равновесия е""e заплаканное лицо.
— Не трогай меня! — получаю по рукам.
Внезапно поддаюсь её истерике, сплетая тоже в неадекват.
Оскаливаюсь, ловя её руку. Уворачиваюсь от пощёчины.
Да, блять! Буду я тебя трогать!
Ставлю колено на кушетку, раздвигая её бедра, руки отвожу за спину.
— Не трогай!
Вырываясь, впивается в плечо.
— Ммм… — замираю, вжимаясь лицом ей в изгиб шеи. — Нравится делать мне больно, да??
Отпускает.
Мы тяжело дышим.
Внутри вс""e дрожит от того что она в моих руках… Нет, не так! От того, что она, наверное, последний раз в моих руках. Мне пиздец как больно, на разрыв просто!
Эмоции срывают башню, губы самовольно скользят по её солёному лицу.
— Нет! Нет… Хватит… — начинает плакать опять.
— Ты говорила «люблю», отвечай за свои слова! — рявкаю я ей в лицо.
Держу за скулы, не позволяя вырваться.
— В глаза мне смотри!
И мы зависаем, не моргая.
Почему мы ссоримся? В моей голове белый шум. Я ничего не могу вспомнить.
Я так люблю тебя! Зачем ты меня отталкиваешь?
Закрываю глаза, в порыве эмоций прижимаюсь с нежностью к её губам. Терплю от неё укусы. Отстраняюсь.
— Не любишь, — констатирую я с горечью. — А я бы тебе больно никогда не сделал. Даже, если бы злился. Потому что люблю…
Застыв, расфокусированно смотрит вперёд, сквозь меня.
— Ладно. Я понял.
Выдыхаю, сглатывая ком в горле.
Ухожу. И с каждым шагом от не""e, мне вс""e херовее, херовее и херовее…
В груди горит, словно кислоты хлебнул.
И хочется сделать больно себе, чтобы это выплеснуть поскорее.
Но это же не поможет…
Брожу потерянно по базе. В комнату не хочу. Там пацаны…
Прохожу мимо батутов. Там девочки. Улыбаются. А я бы может и хотел им ответить, если я Алёне нахер не нужен. Но не могу. Я принадлежу ей. И всех этих девочек не существует.
