Мурлыкнув во сне, переворачивается. Тонкое запястье ложится мне на губы. Целую, чувствуя, как бьётся венка.
Сползаю ниже. Сонно трусь щекой о твердеющие под тонкой маечкой соски. Тяну лямку с хрупкого плеча, обнажая грудь. Прижимаюсь…
Шелест убаюкивает. За окном ливень?!.. Приподнимаюсь, чтобы убедиться в этом. Точно! Ну и как мы побежим, теперь? Грязь месить? Телефон тихо пиликает. Семь. Отключаю Аленин будильник.
Ооо… Как же не хочется просыпаться! Мне кажется, я только уснул. И ещё меньше мне хочется покидать эту кровать.
Вернуться в неё не так просто! И поэтому я жадничаю, стараясь взять как можно больше. Затрахаю её… Ррр!
Перевернув на живот, усаживаюсь сверху. Мне так хочется е""e рассмотреть во всех деталях. Насытить голодное тело и потом никуда не спешить, ни на кого не оглядываться. Кайфовать просто… Во всех позах! Но чтобы этого зверя насытить надо неделю из койки не вылезать.
Кожа у неё красивая, загорелая, идеально гладкая как бархат. Пахнет солнцем, парфюмом и нашим сексом. Веду пальцами по «лямочкам», которые не тронул загар, вдоль позвоночника, спускаясь к ягодицам.
Обвожу ямочки на пояснице. Попка — вау! Сжимаю несколько раз, как подушечку антистресс.
Вздрагивает.
Вдавливаюсь большими пальцами между бёдер. Развожу в стороны, открывая для себя вид розовой влажной плоти. Она как роза… Нежная… Манящая… А я снова готов! Кровь приливает так мощно, что я сокращаюсь от болезненных ощущений.
— Стой! Который час? — выдыхает Алена, просыпаясь.
— Без пяти минут, как мы кончили… — втыкаюсь в сжимающееся лоно.
Вскрик. Пальцы вцепляются в подушку. Надрывный вздох… Голова кругом от этих ее стонов!
Ты не пускаешь меня? Мне так туго, что боюсь сделать больно.
— Расслабься… — обвожу место нашего соприкосновения пальцами.
— Дверь открыта! — сбитый выдох.
Ложусь сверху, кусая губами е""e ушко.
— Зачем ты об этом думаешь? Только обо мне думай…
Толкаюсь медленно, выходя почти полностью, растворяясь в ощущениях. Плавлюсь, кусая губами е""e шею, узко. Веду зубами по плечам, слегка прикусывая между лопаток.
— Боже… — дрожа шепчет она. — Мар…
— Ещё скажи…
— Мар… — течёт она подо мной.
Наши тела скользят.
— Скажи: «люблю»… — задыхаясь от биения в груди, требую я.
Ласково вгрызаюсь в е""e шею, вдавливаясь бёдрами глубже.
— Говори!
— Люблю…
Мурашки поднимаются по спине, неожиданно ярко взрываясь под черепной коробкой. И тело выходит из-под контроля, превращаясь в машину. Не щадя вколачиваюсь, теряя границу между нами.
