Прихрамывая идёт ко мне.
Тихо бешусь… Он килограмм на пятнадцать меньше. В ортезе. Мне что с ним делать?!
— Всегда выбирай соперника массивней на тренировке. Тогда на соревнованиях соперники твоего веса будут падать на подходе!
— Т""eм, нет, — смотрю ему в глаза.
Он пожимает растерянно плечами.
Я поднимаю руки, упираясь пальцами в ладонь, показываю «брейк».
— Боя не будет.
— По парам разбились! — вдруг резко меняется настроение Рустама на агрессивное. — На песок!
Парни сначала, ропща, встают. Потом начинают оглядываться на меня.
Встаю к ним спиной, лицом к Рустаму. Чувствую, как подходят ближе, касаются моих плеч своими.
Короче. Кто-то должен тормознуть это.
— Завтра у нас кроссфит на дыхалку, — взмахиваю папкой. — Бессо оплатил крутого инструктора. Мы не восстановимся до завтра, если продолжим сегодня, — стараюсь максимально спокойно привести разумные доводы. — Продолжим — значит, кроссфит мы сольем.
Соперничество — соперничеством, но спорт спортом. Не идиот же он. Я очень стараюсь разделять.
И взять то полезное от Рустама, что взять можно. Но…
— Значит, я перенесу кроссфит.
— А послезавтра, — продолжаю я. — У нас мануал. И сутки «до» — у нас отмена нагрузки. Если мы хотим следовать программе, то на сегодня — хватит.
— Упал, отжался, Тарханов, — раздраженно.
Рефлекс — выполнять команды тренера, даже если ты не согласен, даже если это наказание мощно давит на психику. Но… Нет. И я продолжаю стоять, глядя ему в глаза.
Я — прав! Бессо просчитал каждый день сборов.
Рустам ломает нашу систему. С хера ли?
За моей спиной бушует адреналин и тестостерон. Я чувствую его кожей. Сейчас каждый из пацанов будет делать свой выбор. Я свой делаю тоже. Прямо сейчас.
— Давай, Тарханов. Упал!
Давим друг друга взглядами. Мой взгляд говорит — пошёл нахер, ты для меня не авторитет.
— Тарханов. Снимается. С соревнований.
Сука. Сука!!! Делаю глубокий вдох. Бес этого не допустит. Он вернётся и…
— Кто ещё? Никто?! Тогда упор лёжа приня-я-ять!
Оборачиваюсь к пацанам.
Никто не спешит падать.
— Алёна Максимовна ждёт нас в медпункте, — негромко бросаю я.
Иду вперёд, мимо Рустама. Чувствую, как пацаны молча идут следом. Это придаёт сил и уверенности.
— Это бунт, что ли, я не понял?
Не отвечая и не оборачиваясь увожу команду.
Если ситуация поднимется до совета школы, я всё обосную. Отстранят — значит, я уйду в другую команду. Меня с руками оторвут. Но никуда уходить я не хочу. Тут Бес, Тут Алена. Сегодня же позвоню Бесу.
