Да и похудел я заметно. И раньше с трудом наращивал каждый килограмм мяса, а слетало оно с меня за милую душу, как и не было.
Алина всегда говорила, что у меня волчья натура и волчий желудок.
Но на всякий случай, абонемент в фитнес я себе уже оформил. Хотел снова напроситься к Хмелю, но он меня даже слушать не стал — просто сразу послал на хуй и сказал, чтобы если мне хватит ума заявится к нему своими ногами, то назад меня придется выносить. Я так и не понял, чего он так окрысился, но на всякий случай не стал уточнять.
И рисковать.
Когда Валерия появляется в зале, я в очередной раз ловлю себя на мысли, что абсолютно ничего не знаю об этой девушке. Хотя по факту знаю о ней все, потому что в свое время перешерстил ее биографию вдоль и поперек. Но то была другая «Валерия», и сейчас даже я с трудом бы узнал в ней ту толстуху. Которую два года назад выловил из моря. Сказка о Золотой рыбке, блять, в декорация Царевны-лягушки.
— Что тебя так веселит? — Валерия останавливается около стола, давая знак официанту, чтобы не торопился принимать заказ.
На ней простое светло-серое платье длиной чуть ниже колена. Не в облипку, и не мешкой — облегает ровно столько, сколько нужно, чтобы оставить просто воображению, но при этом подчеркнуть те выпуклости, о которых хочется воображать особенно ярко. Она подстригла волосы в каре, выкрасила их в платиновый блонд и выровняла до шелковой гладкости. Но все так же почти не пользуется косметикой. И из обуви на ней не какие-то сапожища на блядских каблуках, а удобные ботинки со шнуровкой.
— Просто рад, что ты не начала наш разговор с плевка мне в рожу.
Встаю и вежливо отодвигаю стул, но Валерия, в пику мне, садится на соседний.
— Я раздумывала между плевком и подлым ударом вилкой между глаз. — Она перекладывает столовые приборы. — Так что подожду, пока ты потеряешь бдительность.
— Ты всегда была самой острой на язык женщиной из всех, что я знал.
— С твоим богатым послужным списком, я бы на твоем месте не была такой уверенной."
"— А ты ревнуешь? — Возвращаюсь на место и, помедлив секунду, все-таки избавляюсь от галстука и пиджака.
Закатываю рукава, наконец, чувствуя себя максимально «в своей тарелке».
Она оставляет вопрос без ответа. Подзывает официанта и долго интересуется разными позициями в меню, называя блюда на безупречном итальянском. Очевидно, это тоже часть ее стратегии — довести меня до белого каления, чтобы я вышел из себя, наговорил гадостей и дал ей законный повод еще раз меня послать.
