Солдат чужой войны

Команданте оглядел их внимательно и продолжил: – Вы задаете себе вопрос: а в своем ли уме Йоган Нагель, если решил пропустить полный танков конвой? Но камрады! А если там не танки? А если там бретонские фугасы?

– Бретонские фугасы! – прикрывая от ужаса рты, прошептали соратники и подчиненные.

– Вот вам способ от нас избавиться. Сначала мы совершенно даром получаем сообщение о лакомом куске, потом за нашей спиной организуется группировка оамовских судов-невидимок, и остается только ждать, когда мы, как дурачки, полезем на эти грузовики, а они как бабах! И все наши боеспособные суда – в мелкие клочки.

И тогда сидящая у Прибрежных Миров группа невидимок безо всяких помех подойдет к «Революшн» и разнесет ее вдребезги, а потом суда ОАМ высадят десант на никем не прикрытые планеты… И занавес закрывается, дорогие камрады…

Вторая порция анидоксина наконец сделала свое дело, и таракан перестал дергать лапкой. Уловив эту краткую и оттого драгоценную паузу, Эдгар аккуратно покрутил часовое колесико, и последний серебряный налокотничек аккуратно встал на место, завершив таким образом рыцарское убранство бытового животного.

– Чудесное владение ремеслом, сэр, – подобострастно пропел Лауртино, который наблюдал за действиями босса через дублирующий микроскоп.

– Осталось только вогнать гвоз… ди… ки… – произнося слова по слогам, отозвался босс и, высунув от усердия язык, закончил крепление последней детальки.

– Уф! – выдохнул он и откинулся на спинку кресла, а проворный Лауртино тотчас выхватил белоснежную салфетку и промокнул лоб босса.

– Отличная работа, сэр! Не будь вы великим финансистом, вы бы прославились как гений ювелирных технологий!

– О да, – устало согласился с подхалимом Эдгар. – Покажи мне его, Лауртино, я хочу посмотреть, как чувствует себя наш новичок…

– Одну секунду, сэр… Одну секунду…

Лауртино быстренько ослабил винтики предметного стола и тонким пинцетом снял крохотный кварцевый бокс. Затем осторожно, словно величайшую драгоценность, он поднес к глазам Эдгара изготовленный шедевр, и босс посмотрел на него сквозь сильную лупу.

Слегка улыбнувшись, Хубер с теплотой в голосе произнес:

– Спит, спит подлец, так точно, сэр, – потряс Лауртино своей квадратной головой.

– Был помойной козявкой, а стал бойцом… Рыцарем…

– Так точно, сэр! Ну просто изумруд!

– Да-а.. – удовлетворенно протянул Хубер и отнял от глаз лупу. – Хороший экземпляр. Ты унеси его, Лауртино, в хранилище, но не слишком темное. Пусть проспится, да смотри, чтобы в поилке вода была.