Солдат чужой войны

Затем где-то наверху завибрировали стальные перегородки, словно кто-то пытался расшатать их изнутри.

– А это уже наши, – пояснил многоопытный Сакеда. – Зенитная артиллерия…

Подняться на двенадцатый ярус ничего не стоило, и Эдди решил сделать это на обычном штатном лифте.

С каждым новым ярусом вибрация от работы артавтоматов становилась все сильнее, и капитану Заилю стало казаться, что он чувствует запах порохового дыма.

Когда лифт остановился и Эдди оказался в широкой галерее, он совершенно растерялся, поскольку за несколько лет боевой работы ни разу не поднимался так высоко – пилоту это было без надобности.

Непрекращавшийся грохот от лязгавших со страшной частотой затворов заполнял все пространство галереи, однако находившиеся в ней люди, судя по их поведению, привыкли к подобному шуму.

В мгновения, когда артиллерийские механизмы умолкали, капитан Заиль успевал разобрать отдельные выкрики и объявления по громкой связи.

Заметив на ярусе постороннего, к нему подошел широкоплечий сержант.

– Слушаю вас, сэр, – произнес он, учтиво глядя на Заиля.

– Я пришел просто посмотреть, – неуверенно произнес Эдди. – Но… если нельзя, я сейчас же уйду.

– Нет проблем, сэр… Пойдемте, я покажу вам всю нашу кухню. Я qepf`mr Шон Авенги, начальник смены. Кстати…

Авенги снял со стены небольшие защитные наушники и дал их Заилю.

– У вас, я так понимаю, перерыв в полетах?

– Пока вы не отгоните урайцев, мы будем ждать, – пояснил Заиль, надевая наушники.

– Вас я слышу… А шума почти нет…

– Так и было задумано, – кивнул Авенги.

Сержант прошел мимо двух операторских мест, за которыми сидели координаторы. Вооруженные показаниями радаров, они информировали стрелков о том, с какой стороны следует ожидать появление целей.

– Двадцать четвертому – на подходе семь на полвторого. Двенадцатому – на десять часов четыре урайца. Внимание, они могут атаковать тебя!

– «Двенадцатый» – это Баллероне, – остановив шись, пояснил сержант. – Урайцы часто пытаются ему мстить, но он не оставляет им шансов.

Заиль кивнул. Все, что здесь происходило, было ему интересно.

Раньше он знал о зенитчиках не больше, чем требовалось: там– то и там-то простреливаемая зона. Если бой идет возле «Гинсборро», не попади под огонь своих. А тут, оказывается, существует целая военная машина, не менее сложная, чем эскадрилья.