Солги мне на удачу

Не удержалась и от чудной чашки, сделанной из тончайшего фарфора, красиво расписанной золотыми узорами. Буду пить из нее чай по утрам.

Возвращались мы уже в мягких сиреневых сумерках. За прогулкой я нет-нет да вспоминала странную встречу с незнакомкой и перстень в кармане. Так и хотелось пощупать его, но я сдерживала порывы, терпеливо дожидаясь, пока останусь одна дома и смогу рассмотреть подробнее находку. В мобиле царила тишина: я слегка утомилась, и Арман, похоже, это чувствовал, не надоедая беседой.

До поместья добрались без происшествий, канцлер помог мне выбраться и повел к дому, положив ладонь на свой локоть.

– В следующий раз, когда поедем в Фандарх, попробуем на практике применить ваши знания по магии, – вдруг произнес Арман, пропуская меня в дверь особняка. – Покажете, чему вас научила леди Клементина.

– Хорошо, – покладисто согласилась я, чувствуя, как усталость навалилась мягкой подушкой на плечи, но сочла долгом вежливости проявить воспитанность и повернулась к канцлеру.

 – Спасибо за чудную прогулку, Арман. Мне правда понравилось.

– Я рад, – просто ответил он, не сводя с меня взгляда и взяв ладонь. – Вы в самом деле расцвели сегодня, Вивьен. – Его губы коснулись моих пальцев, и я нутром почуяла, что этот вечер закончится не так, как остальные до него.

Всего несколько мгновений тягучей, насыщенной тишины, взгляд глаза в глаза, и мои предположения переросли в уверенность, когда Арман плавным жестом снял с меня шляпу, небрежно уронив ее на пол.

А потом притянул к себе, обняв за талию, и в глубине темных глаз я уловила искорки триумфа. Я ведь не стала вырываться или отталкивать, прекрасно понимая, что это бесполезно. Ну и да, в принципе не против узнать, как целуется Арман. Поэтому послушно подставила приоткрытые губы, скользнув ладонями по широким плечам и ощущая, как напряглись мышцы под моими пальцами.

– Вивьен… – хрипло выдохнул канцлер, и его горячий и нетерпеливый рот накрыл мой.

Поцелуй вышел жадным и чувственным, словно Арман дал волю до сих пор сдерживаемым эмоциям. Его язык ласкал мои губы, настойчиво проникал внутрь, завоевывая и подчиняя, не оставляя никаких вариантов, кроме как сдаться и ответить. О да, кажется, господин канцлер хотел меня гораздо сильнее, чем я, потому что в какой-то момент под таким напором даже у меня слегка закружилась голова и сбилось дыхание.