Солнце ночи

 — Для налоговой, что ли? Я и так бессонницей не страдаю!

Я лукаво прищурила глаза:

— Вы не боитесь, что я вас обману?

— Не обманете! — сказал он. — Вы девушка честная. Кстати! Как вы собираетесь демонстрировать товар?

— По каталогу. Позвоню девочкам, они вышлют нужные копии.

Макаров покачал головой.

— Нет, так не годится, — сказал он. — Сделаем по-другому.

Макаров достал из шкафа ноутбук, поднял тонкую крышку.

— Здесь электронный каталог. — Макаров нажал на клавишу, и экран расцвел эффектной картинкой. — Несолидно совать Ерохе под нос какие-то бумажки, он не поймет.

— Согласитесь, картинка смотрится гораздо интереснее.

Да, Макаров снова не ошибся, — подумала я, любуясь изображением. Зрелище было намного более впечатляющим, чем простая демонстрация на листе бумаги.

— Не то слово! — ответила я, любуясь изумительным изображением. — Боюсь, что после такой демонстрации подлинный Венецианов будет выглядеть плохой копией.

— Не будет! — Макаров закрыл компьютер. — За такие-то деньги! — Он придвинул его ко мне.

— Полный каталог?! — повторила я. — Зачем он вам?! Макаров бросил на меня короткий взгляд. Его губы изогнулись в неприятной ухмылке.

— Странный вопрос, коллега! У меня тут каталоги всех более-менее известных частных коллекций! Конкурентов надо знать в лицо!

Я молча скушала эту неприятную истину. Да, немало уроков дал мне сегодня провинциальный коллекционер. Жук и тертый калач. Профи и талантливый делец.

— Рокотов у нас сомнительный! — напомнила я.

Макаров пожал плечами:

— Господи, да Ерохе-то какое дело? Можно подумать, он отличит Рокотова от Малевича! Говорю вам, продавайте, пока случай есть!

— Дело не в Ерохине, — сказала я тихо. — Я не могу продать подделку за оригинал.

Макаров снова посмотрел на меня с неприятной кривой ухмылкой.

— Как же вы цепляетесь за это слово: подделка! — сказал он. — Можно узнать, почему вы считаете его ругательным?

— Потому, что оно ругательное, — ответила я.

— Чушь! — фыркнул Макаров. — Послушайте, коллега, что я вам расскажу. Хотите виски?

Я молча накрыла стакан ладонью. Макаров не стал настаивать и налил себе одному. Несмотря на изрядное количество выпитого, хозяин галереи совершенно не опьянел. Лишь стал немного мрачнее.

— Вот такая история, — начал Макаров. — Весной 1896 года всю Европу облетело известие о том, что Лувр за огромные деньги приобрел золотую тиару скифского царя Сайтафарна.