Солнце ночи

Якобы грабители курганов нашли его захоронение на юге России и тайком вывезли за рубеж. Всех поражало художественное исполнение. На нижнем фризе тиары изображались сцены из жизни скифов, на верхнем — мифы из «Илиады». Между ними по кругу была изображена городская стена и греческая надпись: «Царя великого и непобедимого Сайтафарна». Кстати, Сайтафарн был реальным историческим лицом, о нем сохранилось упоминание в исторических хрониках, — добавил Макаров. Я кивнула.

— Так вот, — продолжал Макаров. — Ученые Лувра напрямую связали это историческое упоминание с появлением тиары и даже не соизволили поинтересоваться деталями происхождения вещи.

Тиара заняла почетное место в витрине музея. Ученые авторитеты, братья Рейнеки, знаменитые эпиграфисты Фукар и Олло, директор национальных музеев Франции Кемпфен подвергли тиару самому дотошному анализу и не нашли ничего подозрительного. А надпись, выполненная по всем правилам древнегреческой эпиграфики, окончательно убедила экспертов в подлинности тиары.  — Макаров налил себе еще виски, отпил глоток и продолжал: — Надо сказать, что российские ученые не признали тиару подлинной. Представлялось невероятным, чтобы о такой крупной находке не было ни сплетен, ни слухов. Примерно ту же точку зрения высказал немецкий ученый Фуртвенглер. Он отмечал, что изображения на тиаре грешат разностильностью, которую никогда бы не допустил античный мастер. Но французы только снисходительно улыбались, и все происки ученого мира приписывали зависти.

Прошло семь лет. Все эти годы тиара считалась жемчужиной скифской коллекции Лувра. На нее приезжали посмотреть туристы со всего мира. Даже знаменитая Джоконда не привлекала такого количества посетителей. И тут грянул гром. Парижская газета «Матэн» опубликовала статью одного русского ювелира, который утверждал, что тиара изготовлена одесским умельцем по фамилии Рахумовский. Последний — честный человек и понятия не имел, что его тиара будет выдана заказчиками за произведение античного искусства.

Еще одно письмо в редакцию прислала русская дама, которой Рахумовский признался, что видел свою тиару в Лувре, но боится заявлять об авторстве.

Зазвонил телефон, стоявший на столе. Макаров приподнял трубку, шмякнул ее на рычаг и продолжил рассказ.

— Пришлось прибегнуть к помощи полиции. Следователи допросили в Одессе ювелира Рахумовского. Он сознался в авторстве, но отрицал свою причастность к продаже.