Соловей

– Но когда вы приведете еще летчиков, я буду на месте, – пообещал он.

Изабель благодарно кивнула и обернулась к мужчинам, измотанным не меньше, чем она:

– Пойдемте, мсье, нам пора.

Они поздоровались с девушкой, которая терпеливо дожидалась их в сторонке, и Альмадора повела компанию какими-то задворками, через лабиринт улочек и переулков, пока они не остановились наконец перед роскошным, карамельного цвета зданием в Парте Вьехо – старинном районе Сан-Себастьяна. Издалека доносился плеск волн.

– Спасибо, – поблагодарила она девушку.

Черная дверь, покрытая лаком.

– Нам сюда, – решительно сказала Изабель, поднимаясь по каменным ступеням. Трижды постучала, потом позвонила. Появившемуся на пороге человеку в строгом черном костюме она сказала: – Мне нужно видеть британского консула.

– Мадемуазель, консул занят…

– Я привела из Парижа пилотов королевских ВВС.

Глаза привратника округлились.

Маклей выступил вперед:

– Лейтенант Торренс Маклей, королевские ВВС.

Остальные последовали его примеру, тоже назвав себя.

Дверь широко открылась. И вот уже Изабель сидит в неудобном кожаном кресле, а какой-то мужчина недоверчиво смотрит на нее из-за стола напротив. Летчики выстроились рядом с ней.

– Я доставила из Парижа ваших сбитых летчиков, – доложила Изабель. – На юг страны мы добрались поездом, а затем прошли через Пиренеи…

– Ну, пожалуй, лучше назвать это походом.

– То есть вы пешком преодолели Пиренеи, перейдя из Франции в Испанию. – Он откинулся в кресле, лицо его выражало недоверие.

– В будущем я готова повторить этот путь.

Чем больше вы будете бомбить, тем чаще будут сбивать ваши самолеты, и летчиков надо спасать. Для этого нам нужна помощь. Деньги на одежду, документы, продовольствие для них. И кое-что для тех, кто предоставляет нам убежище по пути.

– Вы могли бы позвонить М19, – вступил Маклей. – Они оплатят все, в чем нуждается группа Жюльет.

Человек за столом ошеломленно качал головой:

– Хрупкая девушка ведет военных летчиков через Пиренеи. Неужели чудеса еще возможны?

– Это точно чудо, сэр, – ухмыльнулся Маклей, покосившись на Изабель.

 – Я ей говорил ровно то же самое.

Выбраться из оккупированной части Франции – дело трудное и опасное. Попасть обратно – по крайней мере, для двадцатилетней улыбчивой девушки – сущие пустяки.

Спустя несколько дней после прибытия в Сан-Себастьян, после бесконечных совещаний, докладов и отчетов, Изабель уже сидела в поезде, идущем в Париж, на деревянной скамье в вагоне третьего класса и любовалась долиной Луары.