Потайной ход вывел женщин прямиком к морю, оно плескалось буквально в нескольких десятках метров. Было прохладно и ветрено.
— Беги вдоль берега, — напутствовала воровку Манька, зябко кутаясь в старый платок, — у причала бери повозку и с ходу на Дерибасовскую, в притон Пузатой Галы. Там девок полно, меж ними и затеряешься.
Сонька задержалась.
— Манька, кто сообщил в полицию?
— Тебе это надо, Соня?
— Кто?
— Не старайся, не угадаешь.
— Кочубчик?
— А кобель его знает. Может, и Кочубчик.
Сонька приобняла сухую старческую фигурку, поцеловала в голову.
— Спасибо. Я буду помнить тебя.
— Это как дело повернется, — отмахнулась та и подтолкнула девушку. — Беги, а то слышу, мухоловы уже возле хавиры!
Сонька побежала вдоль берега и скоро скрылась в темноте.
В ворота дома Маньки Портовой ломилась полиция.
ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ
Повозка остановилась на горбатой улочке недалеко от ярко освещенной и шумной в ночное время Дерибасовской. Сонька сунула извозчику пару ассигнаций и заспешила к притону, о котором говорила Манька.
Притон Пузатой Галы представлял собой небольшой двухэтажный домик, на дверях которого высвечивалась фонариками надпись:
«МУЖЧИНА, ВЕРНИСЬ! ТЫ ЧТО-ТО У НАС ПОТЕРЯЛ»."
"При входе в домишко толкались несколько мужчин. Они посторонились, пропуская спешащую дамочку, при этом один из них заметил:
— С этой кралей я бы точно ступил на край света.
— Край света будет, когда ты утром вернешься к жене! — засмеялся его приятель.
У дверей, ведущих в залу, Соньке перегородил дорогу здоровенный мужик, поинтересовался:
— Вы не ошиблись, дамочка? Здесь делается главный мужской интерес.
Из залы, вход в которую был занавешен бархатом, доносилась музыка, визги дам и хохот мужчин.
— Я к Гале Пузатой, — отвела его руку Сонька.
— Как прикажете доложить?
— От Маньки Портовой.
Мужик ушел в боковую дверь, и вскоре из нее вышла невероятных размеров женщина, та самая Гала Пузатая.
— Чего тебе?
— Есть разговор.
— Манька еще кости не кинула?
— Поздоровее тебя будет.
— Проходи.
* * *Кабинет Галы был затянут красной тканью, на стенах висели нарочито помпезные канделябры, создавая интимное освещение. Бандерша тяжело плюхнулась в просиженное бархатное кресло, игриво посмотрела на незваную «клиентку».
— Ну и чего желает эта перезрелая дамочка?
— Перезрелая дамочка желает крыши. — Сонька села напротив.
Гала рассмеялась.
— Старая кочерга прислала тебя именно по этому делу? Какую крышу, женщина? От кого?
— От полиции.
