— Кто ж его не знает? Самый дурной марвихер Одессы!
— Он в полиции?
— Вот этого, мадам, я сказать не могу. Знаю, но не скажу. Я таки порядочный одесский полицейский!
* * *Карета с Сонькой остановилась возле ворот дома Моти Бессарабского. Извозчик помог воровке донести саквояж до калитки, получил полагающееся вознаграждение и укатил. Сонька подергала за веревку звонка, калитка тут же открылась, и перед девушкой возник тот же могучий бугай, что и в прошлый раз.
— Чего надо?
— Я к Моте.
Охранник изучил приехавшую дамочку, похоже, узнал и кивнул:
— Жди.
Воровка стояла перед калиткой посреди узкой жаркой улицы. Бегала голоштанная детвора, в соседних дворах жарили каштаны и переругивались женщины.
Детина снова открыл калитку, взял саквояж Соньки, впустил ее саму.
— Мотя ждет.
Сонька прошла в дом, охранник занес ее вещи и вышел. Не останавливаясь, Сонька направилась прямо в гостиную.
Мотя все так же сидел в своем кресле, на сей раз на нем была жилетка, надетая на голое тело.
Он смотрел на гостью насмешливо и игриво.
— Садись.
Она послушно опустилась на стул напротив.
— Ну и чего? Сдал тебя твой марвихер?
— Сдал, — тихо ответила она.
— Знаешь почему? Воровка не имеет права дышать в сторону мужчины. А ты, Сонька, задышала.
— Я хочу его найти.
— Ты за этим приехала в Одессу?
— Я хочу взглянуть ему в глаза.
— И чего ты там увидишь?
— Он не мог меня сдать.
Мотя рассмеялся:
— Не мог, но таки сдал… — Он дотянулся до чайника, налил себе заварного кипятку.
— Твои портреты, Сонька, висят во всех полицейских сортирах.
— Мне нужно его увидеть, — повторила воровка.
— Глупая ты баба, хоть и воровка. — Он подумал, потом недоуменно пожал плечами. — И чем я могу тебе помочь, овца?
— У меня мало денег.
— Зачем тебе много?
— Я выкуплю Кочубчика.
Вор досадливо вздохнул:
— Сонька, он невыкупляемый. Он пребывает в нежных полицейских ручках, а эти твари нужных клиентов не сдают… Сколько тебе надо лаве?
— Мне нужно три человека — даму и двух мужчин.
— Есть интерес бомбануть точку? — догадался Мотя.
— Есть такой интерес.
— Ладно, будет тебе три халоимщика.
* * *В дорогом ювелирном, что характерно для магазинов такого уровня, народу было мало — две молодые пары да пожилая дама, безвкусно обвешанная кулонами и брошками. Хозяин лавки, худой угрюмый еврей с пейсами, выкладывал товар, внимательно следя за каждым движением покупателей.
