Сопки Маньчжурии

Заодно и с некоторыми своими товарищами сможете повидаться – теми, что сейчас находятся у нас на излечении…

И с этими словами он шагнул в раскрывшуюся прямо в воздухе дыру, с другого конца которой на меня дохнуло жаром, перемешанным с ароматом мирры и ладана… Ну и я тоже пошел за ним, по пути гадая: неужели в раю, откуда к нам пришел этот посланец Господа, так же жарко, как и в адском пекле?

Командующий объединенным флотом долго ругался, когда получил просьбу маршала Ояма обстрелять порт Дальнего фугасными снарядами, а также последовавшее за этой просьбой предупреждение о том, что неизвестной армией, снявшей осаду с Порт-Артура и захватившей Дальний со всеми его складами, командует крайне антияпонски настроенная потустороння сущность невыясненной мощи.

По крайней мере, Третья армия этому существу оказалась на один зуб. Помимо этих предупреждений, адмирал Того лично осмотрел избитый крейсер «Сума» и сделал вывод, что хоть снаряды, которыми обстреливался крейсер, были пятидюймового калибра (о чем свидетельствуют дырки в небронированных бортах), их заброневое действие соответствовало десяти, или даже одиннадцати, дюймам, что для малого крейсера было уже перебором. В результате адмирал Того, подумав, решил, что сам поведет в бой отряд, состоящий из «Микасы» и «Акаси», и прикажет отступить сразу, как только ситуация станет угрожающей. Объединенный Флот никоим местом не нанимался исправлять огрехи Госпожи Армии, которая была настолько беспечна, что позволила уничтожить свою осадную группировку у Порт-Артура.

«Слишком быстро… – подумал главнокомандующий объединенным флотом, и вдруг почувствовал, что летит будто птица, кувыркаясь в воздухе, понимая, что «Микаса» уже без передней башни, а из барбета, как из обрубка шеи, будто огненная кровь, в небо бьет струя радужного кордитного пламени. Потом адмирал Того видит, как в глубине морских вод, прямо под ним, вспыхивают огненные клубки, и из них в небо рвутся высокие белопенные фонтаны; поверхность моря приближается, из-за чего он непроизвольно группируется и рыбкой входит в ледяную декабрьскую воду.

Несколько секунд спустя пробковый жилет выталкивает его на поверхность – и адмирал осознает, что он жив, здоров и почти невредим… а вот «Микаса» тонет – и выглядит это, будто бык, опустив голову, бодает море.

По счастью, долго болтаться в волнах ему не пришлось.