– Телефон отдай, урод! Я полицию вызову! Пшел вон! Кретин… Пусть тебя поездом размажет, алкаш!
– Эй, ты! – рявкнул я. – Слушай сюда. Слушай!
Неизвестный собеседник ответил:
– Алло?
– Послушай, не знаю, как тебя зовут, но мой брат в беде. Точно в беде. Избитый, да?
– В крови, – ответили мужским голосом нехотя. – Шляется по станции. Уже вызвал железнодорожную охрану. Но они, как обычно, пока растелятся!
– Адрес назови, заберу брата. Полицию не вызывай, вознаграждение получишь! – пообещал я.
Через секунду у меня уже был адрес, я запрыгнул за руль тачки и предупредил Игната, что поехал за Адамом.
Следом за нами отправилась еще одна машина с людьми Игната. Подмога. На всякий случай!
Мия сидела на заднем, сверкала глазками. Я ловил ее отражение через зеркало заднего вида и молчал. Слишком много всего… Видел, что она тоже переживала. Переживала за брата, должен был понизить планку ревнивости, но не мог.
Искал подвох во всем! Копался в себе, чего отродясь не было. Всегда был собой доволен, со всех сторон хорош – и внешне бабам нравлюсь, и в жизни успешен.
Ну, какой может быть повод для самокопания?
Однако я копался в себе, параллельно ревнуя Мию к брату и переживая за него больше, чем за себя!
Вот такой дикий коктейль эмоций: и не разобрать, чего больше. Всего поровну!
Долетели до железнодорожной станции быстро. Мия вылезла следом за мной. На просьбу, мол, здесь посиди, лишь рукой махнула и упрямо пошла следом.
Что за женщина такая, совсем от рук отбилась и не слушается меня, зараза сексапильная!
Я шел быстро, едва ли не бежал, Мия пыталась подстроиться под мой шаг, чтобы не отстать.
– Ну где же ты? – проворчал сквозь стиснутые зубы.
– Якуб! Он там! – позвала Мия, показывая в сторону небольшого домика, возле одной из развилок.
В таком небольшом здании обычно сидят те, кто управляет стрелками, направляет их по расписанию.
Я посмотрел туда и рванул в нужном направлении. Брат сидел на земле, рядом с небольшой клумбой. Клумба, конечно, слишком громкое название для резиновой шины, наполненной рыхлой черной землей.
Но какие-то цветочки там все-таки торчали, этакие большие желтые ромашки.
Адам придерживал голову рукой. Разбитый в хлам, кровь капала на землю. Досталось ему крепко. Мне казалось, что я даже видел, как кости его крепкой черепушки через рассеченную кожу просвечивала!
Брату явно было плохо. Едва держался, раскачиваясь, бормотал что-то бессвязно.
– Адам!
Услышав мой голос, он медленно поднял голову, махнул:
– Все ок.
