Это, зараза, моя святая обязанность, потому что мне никогда не было на нее похер, как бы она не пыталась заставить себя в это поверить.
– Ничего не случилось, – в ее глазах стоят слезы.
– Ты шутишь, блять? – я близок к тому, что смахнуть со стола тарелку."
"– Ты был в командировке.
– Но не на другой планете!
– Ты был весь в своем проекте… – говорит сдавленно.
– И не замечал тебя? – цежу.
– Тебе было не до этого всего.
– Кто это сказал?! – встав со стула, отбрасываю его от себя, срывая злость.
Отворачивается и обнимает руками плечи.
Они у нее дрожат, но я не могу заставить себя обнять их. Я пытаюсь переварить это откровение. Эту дурость, от которой меня самого колотит.
Запустив в волосы руки, мерю шагами пол. Со свистом втягиваю и выдыхаю воздух. Мои мозги перегружены бешеной пятидневкой этой недели, но сейчас будто воспаленные. Они упорно не желают идти на компромисс. Я слишком зол для этого.
Моя жена и трехмесячный сын чуть не погибли. Я даже не знал об этом.
– Я не мог участвовать в твоей жизни, нихера о ней не зная.
Ты права, семья у нас была дерьмовая.
– У нас ее вообще не было, – звонко бросает она.
– Да, потому что я недооценил твое умение решать проблемы.
Запрокинув голову, она молчит. Я слышу ее всхлип, но иду в комнату и выдергиваю из шкафа толстовку.
Мне нужно проветриться, иначе наломаю дров.
Одеваюсь за две минуты.
Игнорируя застывшую у окна фигуру, прохожу в коридор и обуваю кроссовки. Забираю с комода ключи, забросив на плечо куртку.
Я толком не знаю, где в моем ЖК конкретно мои окна, и сейчас выяснить это не пытаюсь.
Как только выхожу за ворота, набрасываю на голову капюшон, переходя на трусцу вдоль проезжей части. Смог вместе с мартовской сыростью наполняет легкие, но вдыхая этот коктейль, чувствую, как мозги наполняются кислородом, и это то, что мне сейчас нужно.
Глава 50
Наши дни. Руслан
В двадцать шесть я думал, что “дом” – это как раз та сфера моей жизни, в которой все именно так, как должно быть. Я встретил девушку, выбрал ее во всех доступных мужику смыслах и просто получал от гармонии внутри себя удовольствие.
Она получала его вместе со мной.
Она, блять, была со мной. В каждой точке, которая определяла наше будущее. Мы оба нихрена в этой жизни толком не понимали, зато точно знали, что хотим ребенка. Мишаня вообще самое легкое решение в моей жизни и, двадцать минут спустя, сделав круг и вернувшись в исходную точку, я на девяносто девять процентов уверен, что его мать будет там, где я ее оставил.
