Мы просто не двигаемся, и свист тихого дыхания, смешанного с моим, единственный звук в этой комнате.
Это короткая передышка.
Как только я размыкаю губы, чтобы сделать шокированный вдох, горячий влажный язык оказывается у меня во рту.
По телу Чернышова проходит дрожь.
По моим коленям ударяет слабость.
Чтобы не упасть, забрасываю руки на его шею, забывая о том, что должна сопротивляться.
Отпустив мой затылок, он сжимает рукой мою талию, и по моему животу растекается лава от контакта с каждым углом и выпуклостью на его твердом теле.
Зарываюсь пальцами в его волосы, ловя атаки его языка своим и стону оттого, что его эрекция такая молниеносная и очевидная.
Именно это отрезвляет меня, как удар по голове.
Яд в моей крови такой концентрированный, что его не вытравить ничем.
Его предательство, которое я не смогла простить тогда и не смогу сейчас. Потому что слишком сильно его люблю!
– Я не могу… – хриплю, отскакивая в сторону. – Не могу… – хватаю с пола свою сумку.
– Оля… – упершись ладонью в спинку стула, Чернышов сгибается пополам и опускает голову.
– Давай начнем сначала, – вскинув голову, он смотрит на меня исподлобья потемневшими глазами.
– Я не могу… – тряхнув головой, иду к двери.
Моя куртка висит на напольной вешалке. Сняв ее оттуда, прижимаю к груди.
Я обещала себе не бежать, и я не буду.
Взявшись за ручку, оборачиваюсь и говорю:
– Хорошего дня.
Выйдя в коридор, вижу двоих посетителей на стульях у стены, которым, к счастью, нет до меня дела.
Глава 28
Наши дни
Руслан
– Нафиг… – с хрипом издает Саня за моей спиной.
Не сбавляя скорости, оставляю его позади, продолжая двигаться по парковой дорожке в режиме гребаной ракеты. Шипы кроссовок дают сцепление с промерзшей землей, не позволяя свернуть на повороте шею, когда меняю направление, собираясь сделать большой круг, а может пять кругов, пока в башке не начнет свистеть.
Под бинтовой повязкой немного тянет локоть, в остальном мое тело ведет себя так, будто выбить из него дурь будет сложнее, чем я думал.
Легкой трусцой Романов завершает свою пробежку, и я нагоняю его, сделав круг, который собирался, и вернувшись в ту точку, на которой десять минут назад мы расстались.
– Ты сегодня допинга нажрался? – пристраивает задницу на скамейке, упираясь локтями в колени.
Холодный воздух обжигает легкие.
Двигаюсь туда-сюда перед лицом своего шурина, восстанавливая дыхание и вытирая пот со лба под резинкой шапки.
– Настроение хорошее, – отвечаю на его вопрос.
– Ну, да, – прокашливается.
