Руслан открывает входную дверь, толкнув ее здоровой рукой и пропустив меня вперед.
Нас окружает тишина и холодный ветер, когда выходим на улицу.
Его машина припаркована прямо напротив калитки. Мы садимся в нее молча, а потом уезжаем вниз по улице.
Все здесь изменилось с тех пор, как мне было девятнадцать. Улицы поменялись, дома тоже. Как и соседи.
Проезжаем пару километров, прежде чем Руслан тормозит на выезде с перекрестка. Долго сидим в тишине, которая не кажется гнетущей. Меня гнетет другое. То, что он, кажется, такой же опустошенный, как и я.
– Расскажи про тот день, — произносит металлическим голосом.
Тот день?
– Что? – смотрю на него непонимающе.
– Опиши мне тот день.
Он смотрит вперед, положив левую ладонь на руль. Повернув голову, смотрит в глаза, а я плаваю своими по его чертам, боясь того, как сильно хочется дотронуться.
– Чего ты хочешь? Я не понимаю…
– Просто опиши мне тот день.
– Руслан…
– Оля, – требует он. — Говори.
– Я не помню. Они все были одинаковые, – отвернувшись, смотрю в окно.
– Где был я?
– Ты был… – закрыв глаза, окунаюсь в чертов мрак. – В администрации. У тебя был… тендер…
– Продолжай.
Я молчу, мне это нужно.
– Я не хочу в него возвращаться, – говорю устало. – Я не хочу возвращаться. Мы не смогли тогда… и сейчас не сможем. Я больше никогда не стану ждать тебя, как… – ищу подходящие слова, а когда нахожу, они режут мой слух. – Дрессированная собака. Не смогу и не буду.
– Я не предлагаю что-то возвращать.
– А что ты предлагаешь?! – требую с горечью.
– Что?!
Повернув голову, режет по моему лицу упрямым взглядом. Так он смотрит на мир, когда что-то решил. Он всегда решает за нас обоих. Всегда. Только не в этот гребаный раз!
– Я не предлагаю ничего возвращать. Я предлагаю создать что-то новое, – чеканит.
– Что-то новое?! – бросаю запальчиво. – Например? Может, мы станем любовниками? Будем трахаться, как дети, по углам?!
– У меня уже стоит.
– А у меня нет! Мне нравится моя жизнь, и я не собираюсь опять становиться домашним животным!
– Домашним животным?! – он делает вид, будто смеется.
– Ты, пиздец, себя недооцениваешь.
– Знаешь, кого мне за это благодарить?! – бросаю ему в лицо.
На его скулах пляшут желваки. Крылья носа раздуваются. Я чертова психопатка, раз мне так нравится это зрелище.
– Ты самое охуенное создание на свете, – сквозь гнев сообщает он. – Ты лучшее, что случалось со мной в жизни. Я люблю тебя и нашего сына. Пожалуйста, блять, давай попробуем еще раз.
