Камаев спускается по лестнице, застегивая пуговицы на рукавах белой рубашки. Влажные волосы зачёсаны назад, чисто выбрит. Строен и подтянут. Ни капельки похмелья ни на лице, ни в движениях. Красавец мужчина. Понимаю девушек, я бы тоже повисла, да статус не позволяет.
Захлопнула рот и спросила.
— Скажите, Егор Евгеньевич, что вы предпочитаете на завтрак, обед и ужин? — а саму аж подтрясывает.
Что это за реакция на моего нового хозяина. Раньше такого за собой не замечала. И почему вдруг мне хочется на него всё время смотреть? Да не просто смотреть, а потрогать, прикоснуться.
Брр… Татьяна, мозг найди, куда он там у тебя провалился.
Он поднимает на меня суровый взгляд и присаживается за стол.
— Я всеяден. Но сильно жирную пищу не люблю. Дома не обедаю, ужинаю тоже не всегда.
— Я поняла.
Камаев посмотрел на тарелку с мясом, отрезал кусочек и засунул в рот. Прожевал и посмотрел на меня, ничего не сказал. Продолжил есть мясо. Салат тоже поел. Пирог видно понравился, потому что попросил добавку.
Выпил апельсиновый сок, встал и ушёл, даже спасибо не сказал.
Глава 5. Камаев
Вернулся из командировки ещё днём и сразу в офис. Быстро разгрёб дела. Потом вместе с моим другом и по совместительству моим замом Валерой поехали в ресторан отметить завершение сделки.
Отметили, конечно, хорошооо. Не помню как добрался до дома.
Проснулся от звонка телефона. Открываю один глаз, оглядываюсь — дома. Звонил Валера, спрашивал где я, всё ли у меня нормально, жив ли и приеду ли в офис.
Вроде ответил. Но как же болит голова. Надо вставать, не хочу.
Но тут почувствовал запах жареного мяса. А кто готовит у меня дома?
Выяснил. Новая горничная, нет…управляющая, Тамара наняла. Об этом всегда беспокоилась моя сестра. Подбирала в мой дом хорошеньких симпатичных девушек. Они так классно смотрелись в форме горничных, что сразу срабатывала фантазия с ролевыми играми. Никого уговаривать долго не приходилось, некоторые сами первые заигрывали. А потом бросали работу, когда с другими девушками видели.
Не могу понять, при чём тут работа и секс, одно другого ведь не касается.
А тут что-то сестрица перемудрила. Во-первых старая, точно больше сорока. Во-вторых толстая, терпеть не могу жирных баб. В-третьих неухоженая, ногти без маникюра, голова седая, а вместо причёски — хвостик, даже реснички не подкрашены. Хотя глаза большие, голубые как озёра, утонуть можно. И губки пухлые, розовые, поцеловать хочется.
