Сосуд для иномирцев

Я приняла решение, сколько можно мучить себя и их. Провела по гребню Мерката, по волосам, он поднял голову и смотрел на меня с ожиданием. Я взяла в ладони его лицо и решительно потянула на себя, поцеловала его с нежностью, давая понять, что  готова принять его мужем. Он буквально вцепился в мои плечи, с жадностью целуя меня.

Я решительно отправила ленту Эклитэ на запрет беременности, следующий ребёнок должен быть от мужей. И полностью отдала себя в руки Мерката, он с жадностью покрывал мгновенно раздетое тело поцелуями, подхватив меня и отнеся на кровать.

Целовал и гладил,  изучая тело, которое после родов уже пришло в норму.

Меркат приник губами к моему потайному комочку, нежно посасывая и проникая языком между складочек, в горячую глубину. Я стонала и выгибалась, Меркат прошелся поцелуями по бедрам, лаская меня пальцами. Поцелуи прошли по животику, отдавая накопившуюся нежность. Он завис надо мной, смотря в мои глаза, наклонился и поцеловал, вкладывая все чувства, что накопились во всём триумвирате.

Я обхватила его за шею руками, притягивая ближе, ногами обхватывая его бёдра, приглашающе раскрыв себя для него. Он со вздохом толкнулся в меня, яростно терзая мои губы. Я закрыла глаза, чувствуя как наши нити переплетаются, чувствую отголоски удивления и радости Ратиса, как улыбается Иртис, как ответом мне приходят их чувства.  Такого наплыва чувств я не ожидала и задрожала, в предвкушении оргазма, Меркат это понял и задвигался резче, увеличивая темп. Мы кончили внезапно и в месте, я чувствовала его словно он мое продолжение. Всхлипнула и выгнулась на встречу теперь уже мужу, он прижался ко мне в последнем рывке, застонал и излился в меня. Я чувствовала, как он пульсирует во мне. -Любимая, Илани, малышка. – он покрывал меня поцелуями.

-Все, теперь точно, все, - со вздохом счастья отвечала ему на поцелуи.

Чувствовала, как спокойно отреагировал Артракс, как послал волну одобрения Фарид, как Варан послал волну любви мне.

Любят… Все любят… разве это не счастье?

Меркат привёл меня в порядок и помог мне одеться, едва  мы закончили, в комнату вошёл Иртис, неся сына.

-Проголодался сынок? – заворковала я над Егором, стесняясь смотреть Ирту в глаза, я ведь знаю, что они всё чувствовали.

-Илани, - он присел рядом, я подняла на него взгляд. – Спасибо.

Поцеловал мою руку, державшую головку сына, я расстегнула пуговички на лифе. Сын уже недовольно покряхтывал, высунув ручки из пелёнки.