Сосуд для иномирцев

-Это теперь понятно, что такое фамилия?

-Фамилия дается ребёнку от отца, как род, он же идёт от кого-то.

-У нас у всех разные рода, это не пойдёт. А твоя фамилия какая? – заинтересовался Меркат.

-У меня фамилия Солнечная, когда меня нашли на пороге дома для брошенных малышей, было очень солнечно. Наше светило  называется Солнце, имя Ангелина мне дали, потому что в тот день именины, ну или день ангела был именно у людей с такими именами, так и родилась Ангелина Солнечная.

-Едальня Солнечная? Едальня Ангелины? Ресторация Солнечная? Ресторация Ангелины? – начали произносить вслух, пытаясь понять, что им больше нравится.

Варан внезапно встал и быстро вышел, я расстроенно проводила его взглядом, не выдержал всё же.

-Нет, нет, Ангелина, его кто-то вызывает, он почувствовал артефакт на входе. – успокаивали меня Артракс с Фаридом.

-Необходимо установить дежурство в доме, завтра передвигаться только под охраной, - в гостиную вернулся Варан. – Прорыв стены мира, кто вошёл и зачем, если есть вход, непонятно.

-Может не всё так страшно? – засомневалась.

-Нет малышка Орави, ты и Егорка самое ценное для нас, так что охрана необходима и побольше! – он поцеловал меня и погладил сына. – Я во дворец.

Он ушёл и тут же Ирт, Артракс, Меркат, Фарид вышли, пожелав нам спокойной ночи.

-Пойдём сынок купаться, кушать и спать.

-Как  устанавливаете очередность, кто остается со мной? – заинтересовалась этим вопросом, ведь они даже не обсуждали, просто Ратис остался, остальные пошли решать образовавшуюся проблему.

-Тут самое необычное… как триумвираты мы слышим друг друга на расстоянии, но теперь мы слышим все шестеро. Ты смогла нас объединить, как бы Варан от нас не прятался и не закрывался, мы тоже его слышим.

-Нет что ты… он ревнует! Самое страшное для него, если ты будешь нас разделять, одних любить, других… любить меньше.

-Я не буду этого делать, - забрала вымытого сына у него из рук и приложила к груди. – Не чувствую различия между чувствами к вам. Вы для меня ощущаетесь как единое целое, ваши же чувства всё время разные. Мне они нравятся, словно поглаживание по голове или по спине.

-Ты едина с нами. – сказал, забирая сына у меня из рук, укутывая его и укладывая спать.