И если взялись биться, то бейтесь до конца. Все мы смертны. Все мы рано или поздно умрем, познакомившись с этой лютой бабой. Не разочаровывайте ее. Она этого не любит и не прощает. А там, – неопределенно махнул Андрей головой, – мы все в ее власти окажемся."
"За сим закончил свою лекцию он приступил к приятному. Велел разбирать трофеи. Кольчуги да шлемы. Полностью упаковать весь полк он не мог, поэтому решил снарядить только ту половину, что на первой стрелковой позиции стоять станет.
Суета тут же поднялась несусветная.
И как-то не дебатов всем сразу стало.
Однако Дмитрий Вишневецкий подошел и тихо шепнул:
– Странные слова ты ныне сказывал.
– Так ныне не говорят?
– Не говорят.
– Зря.
– А как там? – махнул он головой.
– Каждому по делам его.
– А попы талдычат, что по вере.
– Вера – пустая болтовня, если за ней нет дел. Поверь, человеку, который всю жизнь молился, но ничего доброго не делал, там, – неопределенно махнул он головой, – ничего доброго не ждет. Ибо сказано – по делам их узнаете. По делам, а не по словам.
Дальше они разговор продолжать не стали. Дмитрий развивать тему не стал. Этого ответа ему хватило за глаза.
Андрей весь этот балаган со стрельцами затеял не спроста.
Дело в том, что целевой стрельбе никто очень долгое время линейные войска не обучал. Довольствовались залповой куда-то туда – в сторону противника. Причем морду воротили от вспышек затравочного пороха солдаты линейных частей аж до Наполеоновских войн включительно. За исключением матерых ветеранов, которым это уже было стыдно делать, вот и бравировали.
Но это в эпоху регулярных армий. Здесь же и сейчас воротили морду все.
Ну, почти все. Может быть только охотники иначе поступали. Но таковых с огнестрельным оружием практически не имелось. Они только-только зарождались как класс и отнюдь не на Руси. В дальнейшем именно из них и вырастут егеря в регулярных войсках. Но это будет потом. Сейчас же Андрей имел стрельцов с отвратительным оружием и весьма посредственной выучкой. Из-за чего часто стрелять они не могли.
Выстрел в минуту сделают – уже хорошо. Так они еще и морду воротили… И вот это уже он терпеть не мог. Ибо из-за такого «героизма» залп становился удивительно не продуктивным. Особенно по рассеянному строю…
Заночевали.
По утру татар стало побольше, сильно больше.
Андрей же смотрел на них и сильно сожалел, что в этот раз не взял с собой чеснок. А то ведь рассыпал бы на броде и по выходу из него – разом замедлил на несколько часов, а то и сутки.
