– А чего дивно так все сделано? Почему не жерновами как все?
– От них каменная крошка сыплется. В муку попадает. И от того зубы стачиваются да болят. А тут такого нет. Жаль только маленькая она. Супруг мой мнит ставит больше, но все руки не доходят. Да крутить ее ветром.
– Как-как?
– Мельницу ставить. Только не водой, чтобы крутилась, а ветром. Такая и зимой добре работать станет. Да и нет поблизости малых речушек для водяной мельницы.
Иоанн Васильевич кивнул. Он слышал о ветряных мельницах, но не видел их никогда.
На Руси и с водяными было не густо, мягко говоря.
Походили.
Посмотрели."
"Вышли в поле. И Царь немало удивился тому, как добро посажен овес. Ровными рядами да равномерно без проплешин, без которых обычно и не бывает. Ведь засеивали ладно что с руки, банально раскидывая зерна. Отчего весь засев и так выходил весьма неоднородный. Так потом еще и птицы старались, склевывая от половины до двух третий семян. А тут прямо волшебство какое-то.
– Так сеялку супруг мой сделал.
– Сеялку? Что сие?
– О! Очень простая, но добрая в хозяйстве выдумка.
С этими словами она провела к складу сельскохозяйственного инвентаря. Где и показала.
По сути сеялка представляла собой обычную двуколку с деревянным коробом сверху. Только днище короба было не горизонтальным, а круто наклоненным к заднему краю.
В самом нижнем месте этого короба имелась продольная прорезь к которой был плотно подогнан валик. Деревянный. Имевший прерывистые прорези, по которым зерна и отбирались, дозированно попадая в желобки при обороте.
Обычные деревянные желобки располагались сразу за узкими ножами. Из-за чего зерна падали не НА грунт, а в импровизированные грядки. Второй ряд ножей с едва заметными отвалами эти посевные дорожки засыпал.
Конь тащил сеялку по пашне. Колеса вращались. От них через ремень вращался вал. Ну и шел посев.
Просто.
Примитивно.
А главное плотник Игнат с помощниками сделал буквально за несколько дней не сильно напрягаясь. И почти без помощи кузнеца. Причем большую часть сил Игнат потратил на валик, который требовалось хорошо подогнать.
Ну и на пропитку его вареным льняным маслом, дабы не рассыхался. Как и всей этой повозки.
– Дивно, дивно, – покивал Иоанн Васильевич. – А это что за корыто?
– Это галльская жатка, Государь. Супруг сказывал, что такие использовали еще до восхода звезды Первого Рима.
– Вот как? Какое-то корыто на колесах. Как оно может жать?
– Все просто Государь. Вол или лошадь запрягаются сюда. И направляются на ниву.
