Да сложить не вот такую – из земли считай, а крепко, как горн.
– А там, ты думаешь, там все это окажется не на виду?
– Можно поставить там и печку, дабы отжигать железо. Вот и объяснение будет.
– А чего любопытных не пускаешь?
– Так я вообще их никуда не пускаю. Тут и жар, и зашибить могут.
Андрей задумался.
Еще стройка. Еще возня. Еще проблемы.
Хотя, конечно, преимущества немалые. Но и риски. Это ведь если кто важный спросит – ну печь и печь. Крицу жгли из руды. Или еще что-то подобное делали. Визуально-то похоже.
Ну… отдаленно. А если в крепости печь будет стоять и пожалует тот же Царь, да задаст вопрос неудобный? Что ему отвечать? Правду?
– Давай пока так, – произнес Андрей после раздумий. – А по весне пристройку к кузне ставить будем. Сейчас не до нее. Сам видишь сколько дел. Нам нужно срочно получить металл и сделать из него брони добрые. Ежели сейчас затеем стройку – тебя сильно притормозим.
– Не сильно-то и притормозим, – почесав затылок, возразил Илья. – Я ведь сюда бегать не стану.
– Притормозим, – произнес куда более твердым голосом Андрей.
– Сюда может бегать и сын твой с одним посвященным помощником. Да так, чтобы сколько-то человек крутилось неподалеку, но не подглядывало. Они же и станут все приносить. А ты в кузнице будешь делами заправлять. В конце концов не так уж и много там крицы да лома нужно переплавить. До снега управитесь. А потом нужды в печке этой и не будет. Куда с ней спешить?
– Ну если так.
– Так. Именно что так. А в крепости ведь нужно все поставить по уму.
И стенки крепкие, чтобы постоянно не обваливались. А там кирпичи нужны стойкие к огню, а не простые. И трубу вывести, чтобы тяга была и дутье получалось сильнее по естеству, а не по усилию. И меха добрый сделать. И многое другое. Не говоря уже про коморку. Много времени и сил они займут. И не все получится быстро сделать. Разумеешь?
– Тебе виднее хозяин. Я-то хотел все это как есть и поставить там.
– Как есть нет смысла. Это, – указал Андрей на печь, – временное решение. Просто потому, что мне больно смотреть на то, как люди, служащие мне, изнуренно долбят молотами.
Тяжелый, пустой труд. На самом деле, если знающие увидят эту городуху – засмеют. Посему в крепости если и делать, то сразу по уму.
– Засмеют? О! Вот те крест – ковали за знания эти и душу продадут, и близких своих заложат! – возмутился Илья. – А ты говоришь, засмеют."
"– Те, кто разумеют – засмеют, – все равно настаивал на своем Андрей. – Ибо то, что мы тут нагородили – древность древняя.
