Выдавать только для работы, а после забирать и прятать.
– Дельно, – с интересом одобрил купец. – Вот, держи, – принял он решение, доставая из кармана лопатник и протягивая парню ассигнацию в пять рублей. – Благодарствуй, мастер, – попрощался он, забирая укладку."
"– Эй, а я как же? – вдруг возмутился мастеровой. – Я ж прежде тут стоял.
– Так ты, мастер, думать изволишь, а человек покупает. Да ты не шуми. У меня ещё одна имеется, – успокоил его Матвей, доставая второй комплект.
– А что, купец этот у тебя уже брал товар какой? – заинтересованно уточнил мастеровой.
– Замки берёт. Второй год подряд, как приедем, так он сразу все кучей забирает, – кивнул парень. – Серебром платит, а берёт.
– Серебром?! – изумлённо ахнул мужик. – Это что ж у тебя за замки такие?
– Замки хитрые. Не всякий вор вскроет, – усмехнулся Матвей. – Так что? Будешь стамески брать?
– А-а, – обречённо махнув рукой, сдался мужик. – Беру. Всё одно инструмент добрый нужен.
– Верно решил, мастер. Без доброго инструмента и работа не в радость, – улыбнулся парень, быстро сворачивая укладку и затягивая завязки.
– А тебе-то откуда знать? Небось в кузне всего инструмента, молоток да клещи с кувалдой, – огорчённо фыркнул мужик.
– Мастер ты вроде добрый, а вот человек глупый, – презрительно усмехнулся Матвей. – У нас одних станков в кузне четыре штуки. Ещё и пятый делать собираемся. А ты, кувалда. Нет у нас кувалд. Только молоты. Понял, дядя?
– Да ты не серчай, это я так, в сердцах, – вдруг резко побледнев, пролепетал мужик, суетливо выкладывая на прилавок мятые купюры и разную мелочь.
– Передохни, Матвей, – тронув парня за плечо, велел Григорий и принялся пересчитывать деньги.
– Чего это он? – удивлённо хмыкнул парень, отходя.
– Ты, Матвейка, норов-то научись уже в узде держать, – негромко посоветовал Григорий, отпустив мужика.
– А чего не так-то? – продолжал недоумевать парень.
– Рожи ты своей не видел, когда тот дурень про кувалды брякнул, – усмехнулся кузнец. – Я уж грешным делом подумал, ты его прямо у прилавка порешишь.
Ажно глаза красным полыхнули. И вправду Лютый.
– Так фамилия обязывает, – выкрутился Матвей, растерянно ероша себе чуб, как обычно бывало в момент задумчивости.
– Пойди, погуляй, – слегка подтолкнул его кузнец. – По рядам пройдись, бабам нашим гостинцы присмотри. Глядишь, уймёшься.
– Так ведь торг только начался, – осторожно напомнил Матвей.
– Да ты уж все расходы своими придумками оправдал, – рассмеялся отец. – Ступай с богом. Я теперь и сам управлюсь.
