Кашевар уже успел развести крошечный костерок и подвесить над ним котелок с водой для чая."
"По приказу Гамалия ужин сегодня готовили на всех кошевые сотни. Сотник решил переждать у родника пару дней, чтобы дать своим людям и лошадям как следует отдохнуть. К тому же требовалось как следует осмотреть трофейных коней и разобрать добычу.
– Только от одной обузы избавились, и снова здорово, – ворчал Гамалий, задумчиво разглядывая трофеи.
– Ну, хоть какой навар казакам, – усмехался в ответ Ахмет-хан.
Сам он ничего кроме серебра из трофеев не брал, хотя воевал наравне со всеми.
Матвей точно знал, что как минимум десяток убитых на его счету в общей сложности имеется.
* * *От трофейных коней удалось избавиться случайно. Спустя ещё двое суток после той стычки сотня вышла к большому селу, над которым возвышался минарет мечети.
– Поздравляю, господа казачество. Наш поход почти окончен. Это село Менхеб. От него имеется прямая дорога на Тебриз, – со странной улыбкой сообщил Ахмет-хан.
Но не успел он договорить, как от села отделилось примерно два десятка вооружённых всадников и, нахлёстывая коней, понеслись в сторону сотни.
Удивлённо глядя на эту сумасшедшую атаку, казаки не спеша защёлкали затворами. Гамалий, вскинув руку, заставил бойцов оставаться на месте и, чуть шевельнув поводом, выехал на десяток шагов вперёд. Толмач, устало вздохнув, последовал за ним. Его реакцию Матвей прекрасно понимал.
За время похода разведчику пришлось приложить огромные усилия, чтобы избежать ненужных драк и не настроить местное население против казаков.
Иногда парню казалось, что за прошедшее время толмач сказал больше, чем за всю прошедшую жизнь. Дождавшись, когда всадники окажутся в нескольких конских прыжках от командира, толмач привстал в седле и, приложив в груди правую ладонь, громко произнёс:
– Ас-салам алейкум.
Нёсшиеся во весь опор всадники начали резко осаживать коней, поднимая их на дыбы. Сотник скривился и, дождавшись, когда осядет поднятая конями пыль, повторил приветствие.
Матвей, внимательно сканируя этих бойцов, вдруг понял, что уже видел людей, одетых точно так же.
– Шахсевены, – высказался он, сообразив, где уже видел такое.
Услышав это название, и казаки, и всадники принялись переглядываться. Потом один из неизвестных, выехав вперёд, заговорил. Толмач, выслушав его, кивнул и, не переводя, принялся что-то объяснять. Внимательно выслушав его ответ, воин кивнул и, указав рукой куда-то на край села, что-то предложил.
