"
"Всадники подъехали к разложенному оружию и, не слезая с коней, принялись его рассматривать, изредка обмениваясь короткими тихими фразами. Потом двое крепких, жилистых мужчин спрыгнули с коней и принялись осматривать винтовки. Наблюдая за их ловкими, уверенными движениями, Матвей с ходу понял, что с оружием эти мужики обращаться умеют. Сидевший на роскошном вороном жеребце воин что-то спросил, и мужики, коротко кивнув, взялись за белое оружие.
– О чём они? – тихо спросил Матвей, чуть сместившись к толмачу.
– Он спросил, все ли винтовки рабочие, они сказали, что оружие рабочее и недавно стреляло.
– Опытные, черти копчёные, – хмыкнул Матвей. – Такое определить взглядом, да ещё когда оружие чистили, уметь надо.
– Не шуми, – тихо осадил его толмач. – Это настоящие воины. Вроде тех, что мы в оазисе встречали. Вон тот, на вороном, по их табели не менее чем тысячник. На наш лад командир полка будет.
– Что-то я сомневаюсь, что в этом селе полк на постое находится, – буркнул Матвей, бросая взгляд в сторону поселения.
– Его тут и нет, – усмехнулся Ахмет-хан. – Похоже, они сюда за продовольствием приехали и на нас наткнулись.
– Выходит, они от нашего оружия отказаться могут? – вдруг насторожился Матвей. – Коней, может, и купят, а вот от винтовок могут и отказаться. В армии всё на один лад должно быть.
– С чего бы? – не понял толмач.
– Так ведь их прежде британцы оружием снабжали. А это винтовки немецкие. Откуда им тогда патроны брать?
– За это не беспокойся, – понимающе кивнул Ахмет-хан.
– После того, как британцы династию скинули, они и оружие своё продавать перестали. Эти-то их погнать решили. Шахсевены вообще всех иностранцев выгнать хотят. Говорят, что Персия всегда своим укладом жила, и что так и впредь должно быть. В общем, воюют со всеми сразу.
– А чего на нас не бросаются? Ни тогда, ни теперь, – удивился Матвей.
– А мы к их беде отношения не имеем. Да, воевали прежде, но ведь и торговали после. Я ж говорил. И воевали, и торговали, но Россия никогда тут власть не трогала.
Во внутренние дела, так сказать, не лезла. Вот они к нам и относятся как к привычному противнику. Мы для них соседи, с которыми всякое бывало. И драка, и пьянка.
Между тем мужики закончили осмотр оружия, и толмач, оборвав разговор, вернулся к своим прямым обязанностям. Начался торг. Гамалий торговался для виду. Просто потому, что так положено. Тысячник же явно получал от процесса удовольствие. Наконец, стороны пришли к единому знаменателю и ударили по рукам.
