– Правда иль нет, не знаю. Но разговор такой был.
– Это с кем? – заинтересовался собеседник.
– Помнишь, я рассказывал, что клинки наши князь грузинский покупал?
– Ага.
– Вот от него и слышал. Сам понимаешь, мне о таком самому не узнать. Да и не интересно особо. А тут разговор зашёл, он и поведал. А ещё говорил, что британцы те же свои чины покупают.
– Это как так?! – изумился Роман.
– А вот так. У них это офицерский патент называется.
– И чего? Вот так идёт и просто бумагу покупает, что он, мол, теперь офицер настоящий?
– Ага.
Рядовые какой-то контракт заключают, навроде уговора, а офицеры патент покупают.
– Погоди. Как же они тогда воюют? – озадачился Рома.
– Как-то воюют, – усмехнулся Матвей. – Я тебе больше скажу. Они таким войском уже полмира своей колонией сделали. А чего? Ну сам подумай, с кем они там воевали? С арапами, у которых самое страшное оружие копьё лёгкое, или с местными племенами арабскими, которые одну саблю на трёх человек имеют? Так воевать одно удовольствие. Дал из винтовки залп, и шагай себе дальше.
С луком и стрелами против пушек долго не продержишься.
– Понятно, почему они сами своих выручать не спешат, – рассмеялся Роман. – Боятся, что и остальных там же положат.
– И так может быть. Германия вон турок вооружает старательно. А прежде их сами британцы с французами вооружали. Вот теперь и получают от них полной мерой, – поддакнул Матвей, краем глаза отмечая, что их разговор внимательно слушает весь десяток.
– А мы, выходит, промеж них всех, в самую серёдку влезаем, – вдруг задумался казак.
– Это, брате, большая политика называется, – вздохнул Матвей. – Там, в столице не о нас с тобой думают, а о том, как бы казённую выгоду соблюсти. А наше дело – руби, стреляй да приказ выполняй.
– Это верно, – задумчиво протянул Роман, почёсывая в затылке.
* * *"
"Оазис с колодцем сотне пришлось искать спустя сутки. На карте сотника цепь таких колодцев была обозначена, но сама карта оставляла желать лучшего. Как высказался Матвей, разглядывая это чудо местной картографии, на два лаптя правее солнышка.
Фраза эта моментально ушла в народ и стала летучей. Ему, как одному из пластунов, карту показывали по первому требованию.
Вообще, с пластунами в сотне было не очень. В полусотне самого Матвея он один и тройка крепких мужиков средних лет от соседей. Итого всего четверо на всю сотню. Так что разведывать путь, двигаясь в авангарде, им приходились постоянно. Из-за этого Матвею даже пришлось передать временно заботу о десятке Егору.
