Сотвори себе удачу

– Построй то, не знаю что?

– Я могу сказать иначе: постройте мне домик в стиле Гауди! – И он лукаво посмотрел на Люду. – Как вам такой заказ?

– Гауди? У вас губа не дура. – Про себя подумала: «Он хочет, чтобы я ему за три копейки соорудила шедевр…»

– Нет, ну я шучу, конечно. Хотя не отказался бы от такого домика.

– А это что такое? – воскликнула Люда, чтобы перевести разговор.

И Дмитрий сбавил скорость. Справа из тумана и из-за деревьев выступали кирпичные развалины причудливой формы. Причем таких развалин было не две и не три, целый город красного кирпича, как будто после бомбежки.

Дмитрий снова прибавил газ.

В разговор вступил Артем:

– Это местные авторитеты еще в начале девяностых начали строить себе замки. Оттяпали участок и кучковались здесь в целях безопасности. А потом взяли и перестреляли друг друга. У наследников денег нет ни достроить, ни сломать. А кто купит землю с таким, извините за выражение, дворцом! Вот и стоят в центре Репино. Они свернули направо.

– А вот еще один заповедник…

Из-за забора были видны двух– и трехэтажные дома значительно более скромной, но все-таки заметной архитектуры.

– Это тоже авторитеты?

– Да, только другие. Вон, смотрите, это дача Собчака… А там – Басилашвили. Тоже ребята кучкуются. Охрана общая и коммуникации. Удобно. Дешево. Как на Западе.

– А здесь вам ничего не нравится? – спросила Люда. – Это, конечно, не Гауди, но можно построить за реальные деньги и в реальные сроки. А то если я стану работать по Гауди, то ваш дом увидят только ваши внуки.

Вдруг запищал мобильник. Ребята полезли в карманы.

– Это не мой! – вслушавшись в мелодию, заключил Дмитрий.

– Но и не мой! – замотал головой Артем.

– Это же у меня! – вдруг спохватилась Люда. Она порылась в сумке, нашла Стивову трубку, опять стала мучиться с кнопкой. Митя, увидев ее страдания краем глаза, не отрываясь от дороги, нажал нужную кнопку.

– Люда, милая, доброе утро! Ты уже встала?

– Давно! Я уже еду за город.

– Я должен тебя огорчить. Сегодня мы не встретимся.

– Как! – У Люды перехватило дыхание.

– Ночью звонил телефон?

Только теперь Люда вспомнила, что ночью, когда она уже спала, мобильник звонил, и мужской голос по-английски говорил что-то, чего она, конечно, не поняла. Потом утром она решила, что это ей приснилось.

– Дело в том, что мне звонили из Нью-Йорка. Эдит, ну моя жена, надеюсь скоро бывшая, – прибавил он брезгливо, – узнала, что меня нет, и перенесла суд на среду, хочет без меня отсудить детей. Я должен срочно ехать.