Совдетство. Школьные окна

Держался он особняком, друзей не заводил, скучал на переменах, а после уроков сразу уезжал на Таганку к репетиторам. Но потом все-таки не выдержал и заинтересовался слабым полом, сначала охмурял Верку Курылеву и однажды, запершись в актовом зале, разучивал с ней модный танец «манкис», но потом, заметив, что у нее «слабо меблирован чердак», переключился на другую – Ленку Грантову, та ходила в Школу юных журналистов при Доме пионеров, что в переулке Стопани. Она писала заметки в стенную газету «Лукьяновец», и начинались они все примерно так: «В окне светила луна.

Я сидела над чистым листом бумаги, не зная, с чего начать. И вдруг…» Потом их видели в Саду имени Баумана и в кинотеатре «Радуга». Курылева страшно разозлилась и пообещала проучить ветреника, намекая, понятно, на своего брата, известного переведеновского хулигана.

Однажды во время большой перемены Плешанов поднимался из буфета, а Сталин как раз спускался, чтобы по-быстрому перекурить до звонка в школьном саду (дымить в сортире он после скандала не решался – себе дороже).

И тут произошло непоправимое: они столкнулись нос к носу на лестнице между первым и вторым этажами, минуту с недоумением смотрели друг на друга, как бараны, не желая уступать дорогу. Лева, будучи птицей высокого полета, взирал на нашу грешную землю сверху, ни черта не замечая и даже не подозревая о существовании Сталина, а тот, гроза микрорайона, всех видавший в гробу, тоже понятия не имел о Плешанове, тем более о его родстве с Морковкой. Будь оба повнимательней к окружающему миру, они наверняка спокойно разминулись бы и пошли каждый своим путем. Но нет… Рослый десятиклассник взял щуплого второгодника за шиворот, почти вежливо отставил в сторону и почапал, напевая под нос про «еловую субмарину». Я видел все это своими глазами. Мой друг от оскорбления побледнел так, что веснушки на его лице стали как крупинки марганцовки. Кто-то из девчонок-восьмиклассниц еще и прыснул в ладошку, наслаждаясь конфликтом… А такое не прощают!

Дня через три, вечерком, когда Лева с Грантовой выходили из «Новатора», посмотрев фильм детям до 16 лет (Плешанова все контролерши принимали за студента), к ним подошли трое парней, попросили, как водится, закурить, получили снисходительный отказ, оттолкнули Ленку, повалили пижона на асфальт и долго месили ногами, не обращая внимания на вопли юной журналистки и резоны прохожих.

Убедившись, что жертва не подает признаков жизни, они убежали.