Чарли окинула ее с ног до головы оценивающим взглядом, не упускающим ни малейшей детали.
– Следуйте за мной. – Чарли поднялась по ступенькам в личные покои и закрыла за собой дверь, наблюдая за тем, как Александра снимает плащ.
– Что привело вас ко мне?
– Деньги, конечно же.
– Конечно, – рассмеялась Чарли. – Вы хороши в нашем ремесле?
– Не знаю, никогда не пробовала."
"Брови Чарли взлетели вверх.
– Вы девственница? Мне нужны опытные девушки. У некоторых из моих клиентов весьма специфические сексуальные наклонности.
Здесь не любительский театр, милая, наша задача доставлять мужчинам удовольствие.
– То, что я предлагаю, наверняка доставит им удовольствие, но не физическое.
– Разве есть какой-то иной способ? – Чарли усмехнулась.
– Есть масса иных способов. Но я говорю о визуальном. Я хочу давать представления. Это своего рода маленькая пьеса за тонким занавесом. В свете ярких ламп публика увидит немного больше, чем просто силуэт, но тайна останется тайной. Обычно девушка начинает представление полностью одетой, а заканчивает обнаженной.
Она может раздеться и лечь в постель или принять воображаемую ванну. Каждая поза полна грации и эротизма. Возбуждающим стимулом становится штора, отделяющая ее от публики, создающая иллюзию недосягаемости.
– Раздевайтесь.
У Александры пересохло во рту, и она судорожно сглотнула. Однако шестое чувство подсказало – стоит проявить малейшее колебание, и Чарли укажет ей на дверь. Александра взяла себя в руки, задрала носик и начала медленно разоблачаться.
Если она не сможет показать свое тело одной-единственной женщине, как она сделает это на глазах у представителей противоположного пола, отделенных лишь тонким занавесом?
Когда Чарли велела ей повернуться, Александра проявила необычайную грацию, потом взяла веер и принялась обмахиваться им, то скрывая, то открывая свое тело.
– Одевайтесь. Вы само очарование и прекрасно знаете это. Фигурка у вас превосходная, но я не потому вас беру. Ваше отношение – вот что импонирует. Вы леди до мозга костей – редкое качество для борделя.
Как вас зовут?
– Каприс, – решительно заявила Александра, с невиданной скоростью натянув на себя одежду.
– Что ж, Каприс, я стану платить вам две с половиной сотни за пять вечеров в неделю плюс комната и стол.
Алекс пришла в замешательство. Она рассчитывала давать представление раз в неделю.
– Две сотни за один вечер в неделю. Иначе публике это быстро наскучит. Комната и стол мне ни к чему, я не могу здесь жить.
