Но надолго ли его хватит? Улицы в округе «Ковент-Гардена» были забиты экипажами представителей высшего света. Казалось, весь город возжелал посмотреть новую оперу, точнее, показать себя в опере. Мало кто по-настоящему любил оперу, не говоря уже о том, чтобы понимать ее.
В фойе «Ковент-Гардена» было не протолкнуться. Александра поискала глазами сестер Харта, но не нашла."
"– Идите за мной. – Харт взял спутницу под руку и, к ее удивлению, пошел наверх, в ложу принца Уэльского.
– Как же так, Харт? Я думала, мы идем с вашей семьей.
«Я не должна находиться с ним наедине в личной ложе принца Уэльского, на обозрении публики! Пойдут слухи, свет будет ждать от нас определенных шагов!»
Харт подвинул ей стул.
– Я хотел сделать этот вечер особенным.
Александра села, окинула взглядом театр и похолодела. Все глаза с галереи уставились на нее. На них. Дамы перешептывались, закрываясь веерами. Выставив ее в ложе регента, герцог Девоншир объявил их парой. Перед тем как погас свет, она поймала на себе изумленный взгляд Кристофера Хаттона.
Ее будущий суженый глазам своим не верил.
Занавес поднялся, и Алекс отодвинулась внутрь ложи. «Пора привыкать к тому, что на тебя глазеют. Завтра ты сама окажешься на сцене!» – одернула она себя. Правда, она не увидит своих зрителей, но эта мысль не утешала. Они-то ее увидят. Всю, целиком!
Вскоре она уже смеялась над женихом и невестой из оперы Россини, над ценой, которую им пришлось заплатить за свою любовь. И вдруг ей стало не до смеха. «Особенный вечер? Что имел в виду Харт? Неужели решил сделать мне предложение!»
Она скосила на него глаза и увидела, что он смотрит на нее, а не на сцену.
Он поймал ее взгляд, улыбнулся, достал из кармана длинную бархатную коробочку и протянул ей:
– Это вам, Александра.
Сердце ее пустилось вскачь, сцена померкла, она не могла отвести глаз от бархатной коробочки. В голову полезли непрошеные мысли. Алекс обещала бабушке выйти за Кристофера Хаттона, потому что Дотти старалась обеспечить ей титул и стабильность.
Но герцог Девоншир богат и сделает ее герцогиней. Дотти не станет возражать!
Занавес опустился под оглушительные аплодисменты. Начался антракт. Большая часть публики пошла прогуляться, но Александра и Харт остались в своем гнездышке. Она со вздохом открыла коробочку. Бриллианты и лиловые аметисты ожерелья лучились на фоне черного бархата. Девушка замерла.
Харт подвинулся поближе и наклонился к ней:
– Я хочу, чтобы вы стали моей любовницей, Александра.
