Современный детектив. Большая антология. Книга 1

Так, может, у вас есть какие-нибудь предположения?

— Его вроде бы связали? Убили выстрелом в голову? У нас тут так обычно не делают.

Винс был с ним согласен. У них так обычно не делали.

— Я все-таки думаю, это как-то связано с массажным салоном. Они там черт знает чем занимаются, но они не убийцы. Что правда, то правда.

Винс записал номер своего мобильника и протянул листочек Дейву.

— Если вы что-нибудь узнаете или вспомните что-нибудь интересное — дайте мне знать.

— Можете быть уверены.

Дейв проводил его до двери, и они пожали друг другу руки.

Начинался прилив, и море было неспокойным. Винс шел по прибрежному бульвару и курил «Мальборо». Уже стемнело, и фонари вдоль Марин-террас были зажжены. Народу было куда больше, чем днем.

Винс остановился у башни с часами и посмотрел через дорогу. Вот оно: светящиеся неоновые буквы: «Бар Тиволи».

Там ли сегодня цыпочка Кэнди Грин?

Винс еще раз прокрутил в голове все, что случилось в массажном салоне. Он начинал смиряться с мыслью, что это — ложный след, ничего общего с убийством Лайонела не имеющий.

Эка невидаль — старый холостяк заворачивает в третьеразрядный шлюходром на еженедельную вздрочку. Ну и что? Он за это исправно платил. Приходил-уходил. Он не планировал захватить это заведение или изничтожить его, так ведь? Он что — требовал отстегивать ему бабки за «крышу», вхождение в долю? Нет.

Получается, что вся эта версия с массажным салоном — дохлый номер.

И тем не менее поговорить с Кэнди Грин и мадам Вики все-таки стоит.

Но это лишь в том случае, если сам Лайонел был в курсе происходящего.

Тогда что все это значит?

Должно быть, «казнь» Лайонела стала для него самого не меньшей неожиданностью, чем для нас.

Это означает, что малышка Кэнди и хозяйка борделя Вики тут ни при чем.

Да черт с ним со всем, подумал Винс, загляну-ка я все-таки в «Тиволи», пропущу рюмку-другую.

Он пересек улицу и поднялся по ступенькам в бар. Входные билеты продавались в отдельной будке под вывеской — почему-то по-французски — «Дворец танца», а вестибюль напоминал фойе кинотеатра тридцатых годов. Винс заплатил пять фунтов за вход и прошел по ворсистому ковру, через створчатые двери на пружинах, в танцевальный зал.

Дверной проем был узкий и низкий, а помещение оказалось — или показалось? — огромным.