Шел четырнадцатый день их странствий, и, как ни странно, за все это время Майкл ни разу не впал в уныние. Наоборот, несмотря на трудности, голод и недосып, он был сконцентрирован на дороге и, в общем, чувствовал себя бодро. Впрочем, неудобства его волновали мало — гораздо больше он беспокоился за Джеймса. Бывали ночи, когда Майкл засыпал первым, а когда просыпался, от покрасневших глаз Джеймса сжималось сердце. Поэтому через несколько таких ночей Майкл взял за правило засыпать только после него.
Смяв пустую упаковку от киселя, Майкл посмотрел на Джеймса, потом на себя и усмехнулся:
— Мне одному кажется, что скафандры чище снаружи, чем внутри?
— Тебе это только кажется, — покачал головой Джеймс. — Ведь там система самоочистки. Но на самом деле мне кажется точно так же. Пожалуй, я бы продал почку за душ и кровать с чистым бельем. А за чистого тебя в ней — еще и глаз, — впервые за все время после крушения он коротко рассмеялся.
— Я думал, в постели ты меня даже грязного рад видеть, — рассмеялся в ответ Майкл и следом охнул, схватившись за пораненную руку.
— Ч-черт… — прошипел он, покрываясь от боли испариной. На сей раз сделать вид, что рука не беспокоит, не вышло. Он мысленно выругался, что так по-глупому спалился перед Джеймсом.
— Майкл? — Джеймс переменился в лице и мгновенно оказался рядом. — Только не говори, что у тебя до сих пор болит рука! — от беспокойства он даже повысил голос. — Уже должно было все срастись!
Майкл промолчал, а потом выдавил улыбку.
— Все хорошо, — кивнул он, постаравшись, чтобы его голос прозвучал максимально убедительно. — Правда. Просто немного дергает.
Разумеется, Джеймса обмануть не получилось — он тут же схватил его за пальцы больной руки, стянул перчатку и отшатнулся в ужасе.
— Да она же вся горит! — воскликнул он. — Господи… — он выхватил у Майкла из набедренного кармана аптечку и убедился, что запас антибиотиков в ней почти закончен, а обезболивающего и вовсе осталась одна доза.
— Какого черта ты молчал?!
— Ну сказал бы я, что от этого изменилось? — Майкл пожал плечами. — Других лекарств, кроме как этой ерунды, у нас нет, — он взглянул на аптечку, а потом снова посмотрел на Джеймса. — И ты наверняка решил бы, что нам стоит вернуться. А ведь мы с каждым часов все ближе к своей цели."
"— Мы с каждым часом все ближе к заражению крови, как выяснилось! — Джеймс в отчаянии запустил руку в волосы.
