— Больше никто никуда не отлучался?
— Нет, остальные были со мной.
Брянцев понял: эти трое, или хотя бы один из них, могли за эти дни попасть в плен, быть завербованными… Проверка здесь нужна обязательно. Курбатов думал о том же.
Наступил вечер, когда они сели в машину; шофёр включил свет.
— Ну, что вы скажете, Константин Георгиевич? — спросил Курбатов.
— Чёрт ногу сломит, — ответил Брянцев. — Может, эти трое тогда попросту уходили от преследования.
— Посмотрим, — Курбатов закрыл глаза. — Вы завтра же займетесь розысками музыканта.
Никаких данных о нем пока нет. — Откинувшись на сидении, он смотрел в окно и мысленно подводил итоги.
Было двадцать шесть. Десять — военнослужащие. Среди них нужно проверить троих. Да вот еще женщина, Кислякова, — она разошлась с мужем, живет в Солнечных Горках одна, работает в райконторе связи.
О чем еще говорил подполковник Седых?
В операциях партизан они участия не принимали, да и сами партизаны еще не наладили как следует свою борьбу в ту пору.
Только взорвали водокачку…
Брянцев вздрогнул от неожиданности, когда майор резко повернулся и, дотронувшись до плеча шофёра, приказал:
— Назад в дивизию.
Отыскав подполковника, Курбатов спросил:
— Те, кто взрывал водокачку, — вернулись?
— Не все, при нас вернулся только один, — кажется, железнодорожник, раненный в руку.
— А где во время взрыва был Новиков, председатель райисполкома?
— В Солнечных Горках. Ну да, он нас привел в подвал, и примерно в это же время туда пришел этот железнодорожник.
— Спасибо. Извините, что побеспокоили.
И вот снова дорога, но ночь уже сгустилась, и шофёр вел машину осторожней.
— Вы поняли? — тихо спросил Курбатов у Брянцева.
— Я понял, что вы хотели узнать, но не понял еще, что мы узнали. Если этот железнодорожник пришел в подвал один, стало быть, он знал адрес.
2Примерно за неделю до того как генерал передал Курбатову новое задание, на «Электрик» приехал Позднышев — видный инженер-энергетик.
Здесь налаживали производство выключателей для высоковольтной сети, сконструированных им, и работники завода нуждались в его помощи.
Позднышев снял номер в гостинице, но, казалось, жил на заводе. Там ему отвели кабинет— маленькую комнатку, единственным своим окном выходившую на крыши сборочных цехов, а дверью — в коридор. В кабинете он бывал редко и всегда с новыми друзьями — инженерами, большей частью молодыми.
Молодежь к нему льнула.
