Совушка ее величества

А я еще и после перелета не согрелась, так что сейчас полностью покрылась гусиной кожей. Но, естественно, шагнула, причем не раз и даже не два, и остановилась лишь в паре метров от главы, когда он кивнул, что довольно.

А затем он начал меня рассматривать. Причем не внешность. Как бы странно это ни звучало, он рассматривал… душу. Снова по мне поползли почти ощутимые мурашки-змеи, беспардонно забирающиеся под кожу, мышцы и заползающие прямиком в мозг и солнечное сплетение.

Я держалась до последнего. Стискивала зубы, сжимала пальцы в кулаки, смотрела куда угодно, но только не на него, понимая, что он может убить меня в любую секунду, если ему покажется, что я недостойна.

Сколько это продолжалось? Минуту, пять, десять, вечность… не знаю.

А затем все закончилось. Махом. Резко. Да так, что я покачнулась и рухнула на колени, остановив падение руками, а у меня из носа закапала кровь.

– Птенец нестандартен.

– Если об этом узнает Мать, то ты сам знаешь, что будет с тобой и всем твоим родом.

Сквозь все нарастающий гул в ушах до меня доносился их разговор. Странный… но в то же время очень понятный. Я не прошла тестирование. Не прошла. И они хотят… хотят…

Ну уж нет, дяди. Так просто я вам не дамся!

– Повинуюсь, – рядом со мной поклонился тот, кто решил, что я буду звать его хозяином, а затем для меня прозвучал хлесткий приказ: – Виктория! Встань!

Повернув голову, я слизнула кровь, залившую губы, и усмехнулась.

Сгруппировавшись заранее и чувствуя, как чужая перламутровая кровь все сильнее пульсирует в ладони, я неторопливо поднялась и исподлобья глянула на лорда.

– Смотри мне в глаза!

Секунда, другая… в моей голове снова копошатся чужие гадкие пальцы, но и по виску лорда стекает пот. Ему непросто, ему очень непросто. Я знаю. Голубая кровь это знает.

Прошла минута. Я видела, как он начал нервничать, как напряглась его фигура, как ему стало тяжело, как набухла и запульсировала вена на лбу, как полопались сосуды в глазах… а затем он выдохнул и упал.