Совушка ее величества

Но теперь, похоже, ему аукнется этот несомненно благородный, но такой двусмысленный порыв…

– Лорд Элидайро, пройдемте, ее величество ждет вас на пару слов.

Поморщившись, ястреб кивнул, понимая, что упрямиться бессмысленно, и, стараясь не кривиться от боли в сломанных ребрах, послушно отправился следом за майором к самой влиятельной женщине их страны.

Однако то, что он услышал от Матери, перевернуло его представление о королеве с ног на голову:

– Лорд Элидайро, вы невероятно смелый и благородный мужчина.

Я безмерно счастлива, что в нашей стране имеются такие выдающиеся птицы. В награду за ваш рыцарский поступок и несомненно возвышенное деяние я жалую вам орден Благородства и дарую прощение вашему клану. Клан вновь может участвовать в заседаниях совета, и, думаю, мне будет приятно увидеть там именно вас. – Амидайла широко улыбнулась впавшему в ступор ястребу и добавила: – О вашей исключительной осведомленности мы обязательно побеседуем чуть позже, но сейчас я просто не вправе вас отвлекать – ночь не бесконечна, и у вас еще есть шанс найти свою судьбу. Пенни, проводи лорда в покои, чтобы он смог привести себя в порядок и переодеться. – Махнув рукой горничной, подошедшей именно к моменту завершения ее речи, вампирша вновь улыбнулась откровенно смутившемуся главе клана. – В мужском крыле дежурят лекарь и камердинер, они окажут вам всю необходимую помощь. И, Элидайро… я горжусь вами. Пусть и на вас снизойдет благословение этой звездной ночи. Уверена, вы этого достойны.

Амидайла оказалась столь любезна, что открыла нам портал в парк особняка, за что я ей была безмерно благодарна. Кстати, свечение все не проходило, и в закатных сумерках мы с Юми были похожи на двух огромных светляков. Кстати, я была о-о-очень огромным светляком.

Наше появление не осталось незамеченным гвардейцами, патрулирующими парк.

– Милорд! – первым отмер капитан Далерай и, просияв практически как мы, громко и с энтузиазмом рявкнул: – Поздравляю!

Следом за капитаном заголосили и остальные гвардейцы, так что к особняку мы подошли довольно громко.

Однако и внутрь попасть тихо не получилось – на заднее крыльцо высыпали практически все домочадцы. Стоило им увидеть нас, как поздравления стали громче, речи – продолжительнее, объятия – крепче, а пожелания – все откровеннее.