Совушка ее величества

Обсудим произошедшее завтра, хорошо? Сейчас я несколько… не в силах.

– Я могу вам помочь? – попытавшись шагнуть вперед, я была остановлена низким раздраженным рычанием и зло блеснувшими глазами.

– Виктория. В комнату. Сейчас же!

Поджав губы и одарив «опекуна» тяжелым взглядом, я развернулась и отправилась в дом. Ну подумаешь… Не хочет – пусть сам домой ковыляет! И я хороша – захотела дяде всемогущему помочь. Пф!

Это было… странно. Сначала завораживающе, а потом очень больно. На какую-то секунду он даже потерял сознание, а когда очнулся, то понял, что лежит в кустах, причем с поврежденным позвоночником.

Что это было? Защитная реакция на вторжение в личное пространство? Именно так погибла Сайрилла? Дерьмо… То есть ему еще повезло?

Стараясь говорить ровно, когда напуганная Виктория в испачканной блузке и с растрепанными волосами нашла его в кустах, он попытался как можно быстрее отправить ее в дом. Если он сорвется и поддастся соблазну ее сияния, то либо она пострадает, либо он умрет.

Ни то ни другое его не устраивало. Повреждения не были критичными, и он вполне держал себя в руках, но, когда она шагнула ближе, соблазн возрос в десятки раз, и он не удержался – разозлился и накричал.

Да шэт с ней, с обидой. Главное, что ушла.

Теперь бы как-нибудь самому доковылять до спальни… через кабинет, где есть кое-что восстанавливающее.

Минут через десять на него наткнулся патруль, обходящий вечерний парк. Да, эти ребята не зря получали свое жалованье – едва различимый стон, едва уловимый шорох, и они тут как тут.

– Милорд, что с вами?

– Ничего особенного… производственная травма. Витал, помоги… да, благодарю.

Через двадцать минут, выпив концентрированный энергетик, вынутый из сейфа в кабинете, лорд кое-как добрался до своей спальни, где, рухнув на кровать и скинув только обувь, впал в некоторую полудрему-полуанабиоз. Именно подобный транс максимально ускорял процесс регенерации, а сейчас это было жизненно необходимо. Еще в кустах он продиагностировал свое состояние, и оно было, без прикрас, печальным – трещина в позвоночнике и серьезно поврежденные высоким напряжением все без исключения внутренности.

Что было в этой шэтовой ампуле такого, что сейчас птенец не только опасен для окружающих, но и сам не контролирует это?! А Виктория именно не контролировала, он это чуял.