Совушка ее величества

Их дело – следить, а никак не спасать и уж тем более не мешать кандидатам в высшие делать то, что им вздумается.

Лорд проснулся довольно рано, причем не сам – разбудили. И доложили.

– На крыше… – Вжав голову в плечи, Стайк отводил глаза, не в силах смотреть на гневающегося милорда. – Она туда сразу почти… вечером еще.

Лихорадочно переодеваясь в свежую одежду, потому что вчерашняя была вся в прожженных прорехах, лорд пытался понять, какого (тут длинный сложносоставной мат) ее туда понесло.

– Она взобралась по стене.

– Открыла окно и взобралась по… – Сглотнув, страж совсем тихо договорил, понимая, что это звучит невероятно: – Стене…

– Если с ней что-то случилось… – Не договорив, потому что и так было понятно, что со всеми ними сделает Мать (и с Юмираем – в первую очередь), лорд рванул на третий этаж, оттуда – на чердак и уже там, замерев и приказав себе успокоиться, начал искать выход на крышу. Сам он там не был еще ни разу, так что помощь слуги, ответственного за чердачные помещения особняка, была кстати.

Стража рванула вниз, а он, подождав контрольные десять минут и мысленно воззвав ко всем без исключения высшим силам, шагнул на крышу. Та-а-ак… Ну и где?

Обходя метр за метром и морщась из-за того, что крыша неровная и на ней так много различных мешающих ему сейчас элементов, в какой-то момент Юмирай с ужасом подумал, что птенца тут больше нет, но едва различимый шелест привлек его внимание.

Виктория сидела на корточках в одном нижнем белье, прислонившись к этой самой трубе, и, обняв себя одной рукой, но при этом выставив вторую ладонью вперед, зло смотрела на сидящую в паре метров от нее голубую сову. Сова периодически возмущенно хлопала крыльями и тихо, но явно осуждающе посвистывала и ухала.

Шумно выдохнув и моментально обнаружив свое присутствие, Юмирай удостоился мимолетного ненавидящего взгляда от Вики и оценивающего – от совы.

От голубой совы. Так Виктория – сова?! Уже?

– Уйди, – тихо, но крайне зло рыкнув, Виктория смотрела не на него, а на птицу, но слова, как показалось лорду, предназначались именно ему. – Юмирай, уйди. Я спущусь сама.