Сожги меня дотла

Не сказать, что девушка была профи в этом, однако двигаться Эля умела.

Времени на то, чтобы включать аудиосистему не было. Пришлось Эле и дальше напевать, чуть громче.

А Костя не жаловался. Рухнул в ближайшее кресло и избавился от пиджака и галстука. Эля уже танцевала для него. Ярко, эротично, отбирая его волю и заставляя ненавидеть каждый клочок одежды.

И вот любимая уже сидела на его коленях. Полностью обнажена, с горящими от страсти глазами. А ловкие пальцы избавляли и Костю от рубашки.

– Настало время для мужского стриптиза, да? – хрипло уточнил Константин, наблюдая, как Эля справляется и с его одеждой.

– К черту стриптиз, Костенька! – пробормотала Эля, ерзая на его коленях в диком нетерпении. Ну что поделать, если она все больше влюбляется в собственного мужа? Хотя, куда больше-то? И без того каждой клеточкой любит его. Каждой мыслью – с ним.

– Буду должен, – усмехнулся Костя, рывком поднялся с кресла и отнес свою маленькую девочку на постель.

А уже там позабылись все мысли, заботы, хлопоты. Остались только он и она. Два любящих сердца.

* * *А завтра была свадьба. Собрались гости, съехались со всей страны. И, конечно же, самыми красивыми оказались женщины семьи Адамиди.

И да, не только младшее поколение блистало и разило в самое сердце так, что мужчинам семьи приходилось своими жесткими и хмурыми физиономиями отпугивать поклонников.

Тетушка Анна тоже была прекрасна. Как будто помолодела, и прическу изменила, облачилась в красивый наряд.

Изменения в женщине не укрылись от одного из почетных гостей. Рудольф не сводил взгляда с благородного профиля женщины. И что в ней такого? Не намного лучше других. Да и сколько женщин повидал Вестник на своем веку? До черта. А никому еще не удавалось сгладить тоску по умершей много лет назад супруге.

И вот. Под старость лет. Когда уже и не ждал. Когда была достигнута цель: вернуть внучку и сделать ее жизнь безопасной.

Появилась Анюта. И глаза у нее голубые, пусть и скрыты за стеклами очков. Взгляд, похожий на сканер или рентген, будто до костей все видит. И манит к себе.

– Рудольф, значит, вы поддерживаете выбор внучки? – улыбнулась Анна. И так глянула, что попробуй, возрази. Только смертник станет катить бочку на ее любимчика Грека.