Сожги меня дотла

И какого черта он не удивлен? Что-то подобное он и ожидал от Люси. Да только не верил он, что Люська не хочет видеть его. Здесь что-то другое.

А потому Платон велел упаковать ужин, официанты сгрузили все в тачку. Платон забросил цветы, купленные для Люси, на переднее сиденье и рванул на ферму.

Не пришла, значит. А собиралась хоть? Тогда зачем было соглашаться? Сразу бы отказала. И дело с концом!

Платон накручивал себя всю дорогу до владений Мордовиной. И ведь фамилию она оставила девичью, даже когда в браке была. Почему, интересно? А хотя, не важно.

Платон то злился, то успокаивался. В итоге перед домом Люси мужчина оказался довольно быстро. А из тачки выскочил так, будто за ним черти гнались. Парни, которых Дусмадис подрядил на охрану Люси, даже немного напряглись, вышли из машины. Но Платон отмахнулся рукой. А сам подошел к крыльцу.

Да, домик староват, требовал ремонта. Видно, что мужской руки не хватало. Но это все потом, а сейчас…

Сейчас дверь распахнулась еще до того, как Платон нажал на звонок. И ведь прав оказался, вживую в ярком свете уходящего солнца Люся была невероятно милой.

– Чего надо? – не очень дружелюбно уточнила женщина.

– Договаривались же, – так же хмуро ответил Платон. – Чего передумала?

– Не твое дело! – отвернулась Люся.

Платон вошел в дом, пусть и не звали его. Сам вошел, без спроса.

Внутри было чисто, все на своих местах. Идеальный порядок. Почему-то другого Платон и не ожидал.

– Сын где? Клим, верно? – уточнил мужчина."

"А Люся хмыкнула. И все-то он знает. Умник.

А смой стало неуютно. Дурой себя ощущала. Потому что целый час вертелась перед зеркалом, перебирала весь свой скудный гардероб. Даже порывалась смотаться в магазин, за новым платьем. А потом саму себя спросила: на кой черт ей это надо? Выше головы не прыгнуть. А новое платье не превратит ее в стройную и молодую красотку. И смысла идти на ужин с Платоном нет. Потому что она для него – бывшая одноклассница. А он для нее – первая любовь, тщательно хранимая, а потом намеренно забытая. Потому что жизнь развела. Потому что, так и нужно было. Не судьба.

И потому Люся нацепила на себя домашние джинсы, потрепанную рубашку в клетку, собрала волосы в хвост. А ведь полдня проторчала в ванной, пытаясь их как-то уложить. И вот, стоило взглянуть на высокого, широкоплечего красавчика, в который раз убедилась: все она правильно делает.

– Сын у друга, – нехотя ответила Люся и отвернулась.

– Ясно, – кивнул Платон.

А женщина смутилась под пристальным взглядом темных глаз.