— Не делай так, сердце мое. Это доставит мне неудобство. А я, поверь, не из тех, кому стоит причинять неудобства.
— Если ваши мыслительные мощности превосходят возможности гендесов, вы должны понять, что мне нужны доказательства — действительно ли вы на нашей стороне. И куда более надежные, чем жаргон беженца с древней Земли.
— Вот с чем я и вправду не ожидал столкнуться, так это с тобой. А на слово не поверишь?
— Те, кто вынужден бежать, спасая жизни, никому не верят на слово. Попробуйте что–нибудь другое. Факты?
— Я мог бы отправить тебя прямо в ад, если попробуешь испортить мне портал.
— Тогда и подача энергии прекратится. Я не дура.
— Да уж, начинаю замечать. Ладно, коммандер Ирелла, что ты сочтешь за доказательство?
— Прошу вас… вам девяносто секунд до портала. Я должна принять решение. Не…
Яркая алая иконка на оптике потребовала ее внимания.
— Ой, нет!
— Ирелла! — выкрикнула Тиллиана. — У нас беда. Что–то с нейровирусом. Деллиана накрыло. Медтелеметрия у него так и горит. Гендес не понимает, в чем дело.
Ирелла расширила прием данных от взвода Деллиана. Камера с инициаторами была залита мертвенным зеленоватым светом, его излучали проросшие из всех трубок и лиан листья — такое освещение в ее представлении подошло бы для какого–нибудь мрачного культа смерти. Деллиан шатался как пьяный, зажимал щиток шлема перчаткой классическим жестом полного бессилия. А над ним сумасшедшими шершнями вилась когорта боевых ядер — непрерывно меняла курс, чуть не разбиваясь о стены и цистерны, отскакивая в последний момент.
Финтокс замер под цистерной, уткнувшись шлемом в колонну и растопырив все конечности, словно его поразил удар током. Взвод метался, уворачивался, спасаясь от огня обезумевших ядер Деллиана. И тем будоражил собственные когорты.
— Они нас любят, — сказал Деллиан.
Ирелла задрожала в изумлении, в подступающей ярости. До сих пор с такой нежностью он обращался только к ней.
— Ты меня просканировала, — сказал пришелец. — Ты представляешь мою силу. Желай я тебе вреда, ты бы уже была покойницей.
— У оликсов другие намерения, — холодно ответила Ирелла. — Они не убивают людей. Они берут нас живыми.
— Ладно, паранойя — здоровое чувство. Но, честное слово, в этот раз тебе придется мне довериться.
— Вот этого никак не могу.
Она поморщилась, увидев, как Деллиан открыл огонь из встроенного в броню гауссового ружья. Пули из металлического водорода рвали цистерны и трубки. Следом, метя по тем же целям, открыла огонь его когорта.
