Спасенная репутация

Ей не хотелось, чтобы эта угрюмая, недоверчивая старуха знала что-то о ее жизни, но молчание затягивалось, и, в конце концов, Фейт пробормотала:

Фейт кивнула, борясь со слезами. Она скучает по родителям, хотя о них не сохранилось ничего, кроме нескольких отрывочных воспоминаний. Но именно сейчас ей очень сильно их не хватало.

Марта больше ничего не сказала. Просто вышла вперед, опустила несколько монет в ящик, выбрала две толстые свечи и сунула их в руки Фейт.

– Вот, зажги. Я подожду снаружи.

Когда Фейт вернулась в дом священника, месье Лекур строго посмотрел на нее.

– Марта сказала мне, что вы ходили в церковь и молились, – проговорил он по-французски. Это прозвучало как обвинение.

– Она сказала, что вы хотели зажечь свечи, но не сделали этого, потому что у вас не было денег.

И снова Фейт кивнула.

Он обратился к ней по-итальянски:

– Она сказала, вы знакомы с обрядами нашей церкви. И что вы родились в Италии. Я вижу, вы меня понимаете, значит, правда, что вы жили там некоторое время.

Она пожала плечами и ответила по-итальянски:

– В местной католической церкви в Италии?

Когда она кивнула, он подскочил, внезапно расплывшись в широкой улыбке. Потом перешел на английский и обратился к Николасу Блэклоку, который безуспешно пытался вникнуть в суть разговора:

– Месье, я обвенчаю вас и вашу юную леди. Зарегистрируйтесь в мэрии, а потом приходите ко мне, и я соединю вас перед лицом Господа. Вашу невесту крестили в истинной церкви, я могу обвенчать вас!

Мистер Блэклок вскинул брови.

– Вы хотите этого, мисс Меррит?

Фейт огляделась, словно в поисках ответа. Если уж на то пошло, она бы предпочла вообще не выходить замуж – во всяком случае, не по расчету и не за незнакомца, – но поскольку выбора у нее, по сути, не было...

В церкви она ощутила умиротворение. Возможно, венчание – лучший способ найти себя.

– Я бы хотела обвенчаться в церкви. Но решение зависит от вас. У вас есть возражения?

– Мне все равно.

Пожилой священник согласно кивнул, и в этот миг послышался стук дверного молотка. Марта пошла открывать, а Николас встал.

– Это Стивенс. Идемте, мисс Меррит, мы проводим вас в гостиницу.

– В гостиницу? – Месье Лекур выглядел глубоко оскорбленным. – Это не годится. Она останется здесь. Марта будет ее дуэньей, – с достоинством добавил он.

– О, но... – начала Фейт.