Спасенная репутация

У нее не было желания ночевать под буравящим взглядом Марты. Возможно, Mapтa и проявила доброту, купив ей свечи, но ее отношение к Фейт по-прежнему оставалось холодным и неодобрительным.

– Вопрос решен, – твердо сказал месье Лекур.

– Прекрасно. Я признаю, что это лучше гостиницы. Здесь моей невесте будет гораздо удобнее и безопаснее. К тому же женщина всегда нуждается в компании другой женщины накануне свадьбы.

Возможно, но не в компании старухи, которая не одобряет ее, подумала Фейт. Но спорить не стала. Мысль о гостинице была немного пугающей, последняя неделя многому ее научила.

Здесь ее никто не потревожит.

Мистер Блэклок взял ее руку и запечатлел легкий поцелуй на пальцах.

– Мы придем за вами в половине девятого, мисс Меррит. – Он еще немного подержал ее руку и добавил мягко: – Спокойной вам ночи, дорогая.

Его доброта и галантность вызвали у нее слезы. Она просто кивнула.

– Не бойтесь, месье, мы позаботимся о ней.

Ник вошел в море. Холодная вода обожгла его; она была ледяной, бодрящей.

Он поплыл прочь от берега, преодолевая волны. Он всегда делал так, слепо уплывал в море, не задумываясь, не тревожась. Временами у него мелькала мысль, что надо просто плыть и плыть до тех пор, пока не останется сил, и пусть море заберег его.

Но не в его характере сдавайся. Волна разбилась о его голову. И он встряхнул головой, как собака, смеющийся, полный жизни. Он любил плавать. В воде он был свободен. Он мог делать что угодно, плыть куда угодно, быть кем угодно. Иногда он представлял себя наполовину тюленем, героем шотландских легенд.

Когда Ник был молотым офицером и каждый день смотрел в лицо смерти, они с друзьями иногда говорили о том, что каждому хотелось бы совершить перед смертью. Зачастую это были всякие глупости, несбыточные мечты. Мэтт хотел переспать с сотней красивых женщин, Джорджу хотелось попробовать все вина во Франции. Альберту – прочитать все произведения Шекспира.

Николас же никогда не мог решить. Да, забавно было бы переспать с множеством женщин, но на самом деле сто – это чересчур много.

После первой дюжины это наверняка перестало бы приносить удовольствие. У него не было желания попробовать все вина во Франции – только самые лучшие. Он видел пару пьес Шекспира, но комедии ему нравились гораздо больше. Единственным его заветным желанием было то, в чем он стыдился признаться друзьям: он хотел жить. Он не хотел умирать.

Ему казалось, что это трусость. Определенно солдат не должен бояться смерти.