Спаси меня нежно

И за те жалкие секунды, что они провели в портале, она успела испытать весь спектр «розовых» эмоций, которые давно запретила себе испытывать. Она – Ведьма! Хитрая, коварная, лживая. Жаждущая власти и бессмертия. Не верящая в добро и…любовь?

Перенос был недолгим, и, когда Олесия почувствовала твердую почву под ногами, сразу же распахнула глаза и огляделась по сторонам. Точнее – ее хищный взгляд был устремлен в одну сторону. Прямо.

Туда, где с насмешливой улыбкой на лице, покрытом трехдневной щетиной, стоял Аркадий.

– Ты… – она хотела выругаться. Нападение – лучший способ защиты, прописная истина. Но слова застряли в горле.

Одно слово. Всего одно.

И улыбка, медленно сходящая с лица.

И взгляд, становящийся серьезным.

Кто из них сделал первый шаг – неизвестно. Кто-то сделал – и это было самым главным.

Они вцепились друг в друга, как два изголодавшихся хищника. Открылись разом. Набросились, не желая отступать. Отринули то, что было ранее. Забыли об окружающем.

Их губы слились в поцелуе, наполненном первобытным вожделением.

Они целовались с такой отчаянной силой, что не замечали, как руки впились в тела друг друга. Впились с одной-единственной целью – освободить другого от одежды. На Аркадии было ее слишком много, руки Олесии кое-как стащили с него куртку, девушка рычала ему в губы, проклиная привычку мужчины экипироваться по полной.

У Аркадия дела обстояли куда как проще. Раз – и в неизвестное направление полетел лиф, освободив тяжелые груди, соски на которых мгновенно отреагировали на прохладный воздух комнаты.

О да! Чуть позже он уделит им больше внимания. Сейчас же…

Сейчас требовалось утолить жажду. Жажду сильную. Не подконтрольную.

Если бы рядом с ними взорвалась бомба или открылась стрельба – ни он, ни она не обратили внимания.

Добраться друг до друга.

Почувствовать вкус друг друга. Вот что им требовалось.

Мужские губы властно накрыли сосок, втянув его в себя, а руки двинулись далее, беспощадно превращая в лохмотья прозрачные шаровары.

– Дай я! – прорычала Олесия, отталкивая мужчину.

Она стояла перед ним голая. Вместе с шароварами он разорвал и трусики. А сам был по-прежнему одет.

Ее руки ловко справились с поставленной задачей.