Жаль, я не могла прямо там на месте рассказать Патрику о том, какой разговор я услышала. Меня бы немедленно обвинили в клевете. Но то, что ему хотят навязать не только брак, но и чужого ребенка, мне казалось несправедливым. Ах, если бы он сам пришел на пару минут раньше и услышал все собственными ушами!
Молчание затягивалось. Вивьен вышел из ванной и прикрыл за собой дверь.
— Прошу прощения, кажется, я зашел в эту комнату, когда здесь никого не было, — начал говорить он с легкой усмешкой, словно произошло что-то забавное.
— И что вы делали в моей комнате в мое отсутствие, баронет? — холодно спросила леди Траверти.
Я готова была аплодировать ее выдержке. Будь бы на ее месте слабая леди Кристина, то она уже давно бы билась в истерике и заламывала руки. Патрик же сложил руки на груди и ждал объяснений.
— Так получилось, что я оказался далеко от своей комнаты, когда мне срочно понадобилось посетить уборную, — кажется, Вивьен решил не смущаться сам, а смутить подробностями всех окружающих, — бежать к себе уже не было смысла, пришлось искать незапертую комнату в этом крыле.
И эта оказалась единственной. Тысяча извинений, леди Траверти! Готов понести самое суровое наказание за то, что вторгся в ваши покои. Надеюсь, ваша горничная наведет порядок после моего незапланированного визита.
Ах, наглец! Он там еще успел чего-то натворить для отвода глаз, что придется убирать? И смотрит еще так насмешливо.
— Вы что? Да как?! — леди Траверти, казалось, была возмущена таким его поведением, — мне дурно, откройте здесь окна!
Леди Траверти опустилась в кресло, Патрик поспешно распахнул ставни, а Вивьен покинул комнату, воспользовавшись заминкой.
Мне пришлось пойти в уборную, чтобы привести ее в порядок, пока мать и сын беседовали.
Такой богато обставленной ванной комнаты я в этом мире не видела. У окна белоснежная ванна на золоченых ножках, на полу кадки с цветами. За ширмой — туалет. Следовало сказать спасибо Вивьену, уборки за ним не потребовалось. Он лишь намочил и бросил на полу пару полотенец.
Придется отнести их в стирку.
Когда я вышла, Патрика уже не было, а его мать сидела на кушетке у окна и с презрением смотрела на меня.
— Будут ли еще какие-то указания, леди Траверти?
— Поменьше шпионить за господами, если хочешь спокойной жизни, — ответила она мне.
Я не стала уточнять, что она имеет в виду, давая понять, что кое что я действительно могла услышать. Посчитав, что других заданий не будет, я пошла к двери.
